Стихи великая отечественная война – Короткие стихотворения о победе в Великой отечественной войне 1941 — 1945 годах. —

Содержание

Стихотворения о Великой Отечественной войне

Мы подобрали для вас стихотворения военных и послевоенных лет, посвященные тяжелому времени, выпавшему на долю нашей страны в 40-е годы ХХ века. В этих стихах – живые и искренние истории человеческих судеб, мысли и воспоминания о тех днях, которые пришлось пережить людям в годы войны.

Николай Асеев
Надежда

Насилье родит насилье,
и ложь умножает ложь;
когда нас берут за горло,
естественно взяться за нож.

Но нож объявлять святыней
и, вглядываясь в лезвие,
начать находить отныне
лишь в нем отраженье свое,-

нет, этого я не сумею,
и этого я не смогу:
от ярости онемею,
но в ярости не солгу!

Убийство зовет убийство,
но нечего утверждать,
что резаться и рубиться —
великая благодать.

У всех, увлеченных боем,
надежда горит в любом:
мы руки от крови отмоем,
и грязь с лица отскребем,

и станем людьми, как прежде,
не в ярости до кости!
И этой одной надежде
на смертный рубеж вести.

1943

 

Леонид Мартынов
Пластинок хриплый крик…

Пластинок хриплый крик
И радиовещанье,
И непрочтённых книг
Надменное молчанье,

И лунный свет в окне,
Что спать мешал, тревожа,
Мы оценить вполне
Сумели только позже,

Когда возникли вновь
Среди оторопенья
Моторов мощный рёв,
И музыка, и пенье,

И шелест этих книг,
Мы не дочли которых,
И круглый лунный лик,
Запутавшийся в шторах,

И в самый поздний час
Чуть зримый луч рассвета…
Подумайте! У нас
Украсть хотели это!

1945

 

http://waralbum.ru
Дети водят хоровод на фоне аэростатов в Москве 1941-го

 

Борис Пастернак
Страшная сказка

Все переменится вокруг.
Отстроится столица.
Детей разбуженных испуг
Вовеки не простится.

Не сможет позабыться страх,
Изборождавший лица.
Сторицей должен будет враг
За это поплатиться.

Запомнится его обстрел.
Сполна зачтется время,
Когда он делал, что хотел,
Как Ирод в Вифлееме.

Настанет новый, лучший век.
Исчезнут очевидцы.
Мученья маленьких калек
Не смогут позабыться.

1941

 

Борис Слуцкий
«Есть!»

Я не раз, и не два, и не двадцать
слышал, как посылают на смерть,
слышал, как на приказ собираться
отвечают коротеньким «Есть!».

«Есть!», — в ушах односложно звучало,
долгим эхом звучало в ушах,
подводило черту и кончало:
человек делал шаг.

Но ни разу про Долг и про Веру,
про Отечество, Совесть и Честь
ни солдаты и ни офицеры
не добавили к этому «Есть!»

С неболтливым сознанием долга,
молча помня Отчизну свою,
жили славно, счастливо и долго
или вмиг погибали в бою.

 

http://waralbum.ru Дети бегут по дороге за танком Т-34 под Сталинградом

Константин Симонов
Родина

Касаясь трех великих океанов,
Она лежит, раскинув города,
Покрыта сеткою меридианов,
Непобедима, широка, горда.

Но в час, когда последняя граната
Уже занесена в твоей руке
И в краткий миг припомнить разом надо
Все, что у нас осталось вдалеке,

Ты вспоминаешь не страну большую,
Какую ты изъездил и узнал,
Ты вспоминаешь родину — такую,
Какой ее ты в детстве увидал.

Клочок земли, припавший к трем березам,
Далекую дорогу за леском,
Речонку со скрипучим перевозом,
Песчаный берег с низким ивняком.

Вот где нам посчастливилось родиться,
Где на всю жизнь, до смерти, мы нашли
Ту горсть земли, которая годится,
Чтоб видеть в ней приметы всей земли.

Да, можно выжить в зной, в грозу, в морозы,
Да, можно голодать и холодать,
Идти на смерть… Но эти три березы
При жизни никому нельзя отдать.

1941

 

Алексей Сурков
Бьется в тесной печурке огонь…

Бьется в тесной печурке огонь,
На поленьях смола, как слеза,
И поет мне в землянке гармонь
Про улыбку твою и глаза.

Про тебя мне шептали кусты
В белоснежных полях под Москвой.
Я хочу, чтобы слышала ты,
Как тоскует мой голос живой.

Ты сейчас далеко-далеко.
Между нами снега и снега.
До тебя мне дойти нелегко,
А до смерти — четыре шага.

Пой, гармоника, вьюге назло,
Заплутавшее счастье зови.
Мне в холодной землянке тепло
От моей негасимой любви.

1941

 

http://waralbum.ru Эвакуация яслей и детских садов из Сталинграда

Анна Ахматова
Мужество

Мы знаем, что ныне лежит на весах
И что совершается ныне.
Час мужества пробил на наших часах,
И мужество нас не покинет.

Не страшно под пулями мертвыми лечь,
Не горько остаться без крова,
И мы сохраним тебя, русская речь,
Великое русское слово.

Свободным и чистым тебя пронесем,
И внукам дадим, и от плена спасем
Навеки!

1942

 

Владимир Высоцкий
Он не вернулся из боя

Почему все не так? Вроде все как всегда:
То же небо — опять голубое,
Тот же лес, тот же воздух и та же вода,
Только он не вернулся из боя.

Мне теперь не понять, кто же прав был из нас
В наших спорах без сна и покоя.
Мне не стало хватать его только сейчас,
Когда он не вернулся из боя.

Он молчал невпопад и не в такт подпевал,
Он всегда говорил про другое,
Он мне спать не давал, он с восходом вставал,
А вчера не вернулся из боя.

То, что пусто теперь, — не про то разговор,
Вдруг заметил я — нас было двое.
Для меня будто ветром задуло костер,
Когда он не вернулся из боя.

Нынче вырвалась, будто из плена, весна,
По ошибке окликнул его я:
— Друг, оставь покурить! — А в ответ — тишина:
Он вчера не вернулся из боя.

Наши мертвые нас не оставят в беде,
Наши павшие — как часовые.
Отражается небо в лесу, как в воде,
И деревья стоят голубые.

Нам и места в землянке хватало вполне,
Нам и время текло для обоих.
Все теперь одному. Только кажется мне,
Это я не вернулся из боя.

1969

 

http://waralbum.ru
Юный курьер повстанцев переходит улицу в северной части центра Варшавы

 

Михаил Исаковский
Куда б ни шёл, ни ехал ты…

Куда б ни шёл, ни ехал ты,
Но здесь остановись,
Могиле этой дорогой
Всем сердцем поклонись.

Кто б ни был ты —
Рыбак, шахтёр,
Учёный иль пастух, —
Навек запомни: здесь лежит
Твой самый лучший друг.

И для тебя, и для меня
Он сделал все, что мог:
Себя в бою не пожалел,
А Родину сберег.

1957

 

Юрий Воронов
Опять война…

Опять война,
Опять блокада…
А может, нам о них забыть?
Я слышу иногда:
«Не надо,
Не надо раны бередить».
Ведь это правда, что устали
Мы от рассказов о войне
И о блокаде пролистали
Стихов достаточно вполне.
И может показаться:
Правы
И убедительны слова.
Но даже если это правда,
Такая правда —
Не права!
Чтоб снова
На земной планете
Не повторилось той зимы,
Нам нужно,
Чтобы наши дети
Об этом помнили,
Как мы!
Я не напрасно беспокоюсь,
Чтоб не забылась та война:
Ведь эта память — наша совесть.
Она,
Как сила, нам нужна…

http://waralbum.ru
Дети на брошенной немецкой САУ «Jagdtiger»

 

Вероника Тушнова
Кукла

Много нынче в памяти потухло,
а живет безделица, пустяк:
девочкой потерянная кукла
на железных скрещенных путях.

Над платформой пар от паровозов
низко плыл, в равнину уходя…
Теплый дождь шушукался в березах,
но никто не замечал дождя.

Эшелоны шли тогда к востоку,
молча шли, без света и воды,
полные внезапной и жестокой,
горькой человеческой беды.

Девочка кричала и просила
и рвалась из материнских рук,—
показалась ей такой красивой
и желанной эта кукла вдруг.

Но никто не подал ей игрушки,
и толпа, к посадке торопясь,
куклу затоптала у теплушки
в жидкую струящуюся грязь.

Маленькая смерти не поверит,
и разлуки не поймет она…
Так хоть этой крохотной потерей
дотянулась до нее война.

Некуда от странной мысли деться:
это не игрушка, не пустяк,—
это, может быть, обломок детства
на железных скрещенных путях.

1943

 

Вадим Шефнер
Военные сны

Нам снится не то, что хочется нам,-
Нам снится то, что хочется снам.
На нас до сих пор военные сны,
Как пулеметы, наведены.

И снятся пожары тем, кто ослеп,
И сытому снится блокадный хлеб.

И те, от кого мы вестей не ждем,
Во сне к нам запросто входят в дом.

Входят друзья предвоенных лет,
Не зная, что их на свете нет.

И снаряд, от которого случай спас,
Осколком во сне настигает нас.

И, вздрогнув, мы долго лежим во мгле,-
Меж явью и сном, на ничьей земле,
И дышится трудно, и ночь длинна…
Камнем на сердце лежит война.

1966

 

На заставке фрагмент фото Девочка с кошкой возле разрушенного дома в Смоленской области, сайт http://waralbum.ru

foma.ru

Стихи о Великой Отечественной войне: pobeda_ru

И Победу топтать ногами.

Есть понятие: ПОДВИГ и ГОРДОСТЬ
Не затмит их злословия подлость!
Есть понятие ДОЛГА и ЧЕСТИ —
И примеров в Великой — не счесть нам!

И не нужно мешать всё в кучу:
революцию, cталина…кучму…
Не позорьте живых Ветеранов,
И Героев, познавших тиранов.

День Победы — Добра созидатель!
День Победы — это ВЕРА!
Кто не думает так — тот предатель
Для страны своей — высшая мера! 

Вы не узнали славной даты,
Талмуд обманутых надежд,
Монетизацию награды,
Воров зажравшихся кортеж…

Вы не дожили до Победы
Землю, укрыв снопами тел,
Раз в год слюнявые объедки
Вам не совали между дел…

Вас не поили кровью внуков
В Афгане, а потом в Чечне.
Вы не метались ночью в муках
«В какой же ваучер цене?»

Вы не вкусили мрак дефолта,
И деревянные рубли,
Вы не видали наглых торгов
Страной, что предки сберегли

Вас не меняли на консервы,
Вас не лишали жалких льгот,
Не приносили нагло в жертву
На террористский эшафот…

…жаль не обняли вы любимых,
Уйдя в снега, уткнувшись в пыль…
Лишь с журавлей, парящих клином,
Стон ваших душ летит в ковыль…

Хотел было выложить стих Геннадия Бейгина,  но передумал. Решил, что песей будет лучше. Ссылка.

Ветеран, пот со лба взмахнув,
После участия в параде,
Сел на скамью передохнуть,
Опять представлен к награде …

Папиросу молча достал,
Глубоко затянулся ею,
Показуха — тихо назвал,
Ежегодную эту затею …

Был он могуч и силен
шестьдесят лет назад,
А сегодня, конечно, не он
Диктует жизни парад …

Ветеран победителем вышел,
В схватке с немецкой ратью,
Ветеран беззащитным стал,
В споре с российской властью …

Ветерану осталось жить,
Пару раз вздохнуть …
Он остается нищим быть,
Другим дано богатеть … 

Сержант запаса. Всю войну прошёл
Сапёром. После – институт, наука…
Жена, сосед-«афганец», скромный стол;
И, может быть, приедет дочка с внуком.
Звонок в прихожей. Всем гостам он рад –
Великий праздник, день Победы в мае!
И свой пиджак, тяжёлый от наград,
С трудом накинув, двери открывает.

Две женщины; мужчина – деловит,
С коробкою приличного размера…
«Мы поздравляем… Вас благодарит
Германия… как «Славы» кавалера…
Борца с фашизмом… и здоровья Вам!
Чай? – нет, спасибо, адресов-то много».
Когда опомнился – ни мужика, ни дам;
Цветы, открытка, и коробка у порога.

Сосед берёт коробку: «Тяжела,
Я сам втащу, а то картон-то треснет».
Вгляделся в надпись, хмыкнул: «Ну, дела;
Васильич, глянь – от фрицев, «aus Dresden»!
Глядит непонимающе старик
На надпись, на жену и на соседа:
Как!? Помощь получает фронтовик
Не от своих – от немцев? В день Победы?

Он никогда не упрекал страну
За скромный быт; за то, что он годами
Не мог прожить на пенсию одну,
Которую как милостыню дали.

Коробку вскрыл: какой-то коврик пестрый;
Бельё, одежда, бритвенный прибор,
Ботинки, мыло; наволочки, простынь…
Рука шампунь роняет на ковёр…

Подарок к празднику?
СТРАНЫ ЕГО ПОЗОР!

Стихи с Вахты.

1.

Я держу на руке серебро от монеты,
И луна освещает ладони мои.
Весна, осень, зима, или приторность лета
Унесла жизнь того. кто берег и хранил?

Две монеты, жетон, кошелек — и расческа
На груди, меж костей. — тусклый блеск серебра.
Ты убит, — так жестоко, коварно и просто,
Также ради победы, но — зла, не добра.

Отлетела душа чернокрылой вороной.
Не оставив на память почти ничего.
Молодой — и жестокий, красивый, влюбленный, —
Все впитало в себя время и серебро…

2.

Взгляни в глаза мертвым. Пустые глазницы
И комья земли — вместо плоти и век.
Они — как подбитые пулями птицы,
И каждый из них — как живой человек.

Для каждого имя — мечта и награда,
Желанная тайна, надежда — и стон.
Последняя боль — и последняя правда.
Но как же их мало — истлевших имен…

3.

И боль — и тень. Земля вокруг.
Мир рухнул разом, рухнул вдруг,
Открывшись вновь в сырой могиле.

И смерть переросла в испуг,
Замкнув короткой жизни круг
Конечной точкой в этом мире…

(Vogel, ПО Тризна)

1.

Вокруг красиво! Солнце, небо, птицы,
Река с прозрачной, как слеза водой.
Берёзовая роща, лес и тихо…
Лишь от земли повеяло бедой.

Уж больше полувека в ней таится
Железо, что носило людям смерть
И каждый куст вокруг поведать может,
Сколь многим здесь случилось умереть!

Порезан лес окопами кривыми
Вдоль — поперёк, как праздничный пирог,
Вот только праздник этот смерть мутила,
Здесь собирая жуткий свой налог.

Земля вокруг хранит в себе осколки
Снарядов и гранат, и пуль не счесть!
Здесь шли бои с кровавым супостатом!
И люди погибали, тоже здесь!

Уже седьмой десяток наступает,
Лет, как прошли военные года.
Уже в живых всё меньше ветеранов,
А часа ждёт железная беда!

Сюда приехать отдохнуть от шума,
природа манит, тихою красой,
Но где-то под травой в песке и глине,
смерть притаилась с острою косой!

Давно истлели кости супостатов
И наших, павших в тех боях ребят,
А мины, сотворённые когда-то,
Как новенькие под травой лежат.

Всё ждут неосторожного туриста,
Иль грибника, что-б сделал тут привал.
Как будто бог войны, который Молох,
Своей ужастной дани не собрал!

Как будто мало здесь случилось горя,
Как будто мало сгинуло людей!
И местом смерти стали здесь поляны,
Куда нельзя пускать гулять детей!

Тут место не для игр и уикендов,
Тут место скорби, где прошла война!
Её с таким трудом убрали в землю,
Пусть там и остаётся впредь она!

(Akula, ПО Тризна) 

 

Есть на земле на нашей страшные места,
Где из болот к нам тянут руки,
Как будто бы еще не снятые с креста
И черепа с оскалом несказанной муки.

Есть на земле названья — Невский Пятачок,
И Бор Мясной, и есть Погостье.
О том, что было здесь — забвенье и молчок,
А тут до сей поры земля выталкивает кости.

До сей поры! В воронках, по окопам
Белеют кости, изъедает ржа металл.
Здесь подо мхом неисчислимым скопом
Без отличий — рядовой, или генерал.

Когда глядишь на собранную кучу черепов,
И представляешь, что тогда происходило,
То рушатся подпоры ложные основ,
И тухнет славословия раздутое кадило.

Здесь та цена воочию видна,
Которою оплачена Победа,
По капле горечь выпита до дна.
Вот этот бурт костей нам истину поведал.

(Ф.К. Арзамасов, участник боев в «Долине смерти»)

О ЧЁМ НЕ ЗАБЫВАЕТСЯ

Лежала женщина. Лежала
В снегу на взятой высоте.
Торчала рукоять кинжала
В ее округлом животе.

Мела метель под Старой Руссой
Вдоль укрепленной полосы
И шевелила космы русой,
В морозном инее косы.

Лежала женщина. Лежала
У бездны бреда на краю.
И мертвой мукою рожала
Живую ненависть мою.

(Михаил Дудин †1993)

ОБИДА

Его прислали в роту с пополненьем.
И он, безусый, щуплый паренек,
разглядывал с наивным удивленьем
такой простой и страшный «передок».
Ему все было очень интересно.
Он никогда еще не воевал.
И он войну коварную, конечно,
по фильмам популярным представлял.
Он неплохим потом бы стал солдатом:
повоевал, обвык, заматерел…
Судьба ему — огнем из автомата —
совсем другой сготовила удел.
Он даже и не выстрелил ни разу,
не увидал противника вблизи
и после боя, потный и чумазый,
трофейными часами не форсил.
И помкомвзвода, водку разливая,
не произнес веселые слова:
— А новенький-то, бестия такая,
ну прямо как Суворов воевал!..
И кажется, никто и не запомнил
ни имя, ни фамилию его, —
лишь писарь ротный к вечеру заполнил
графу «убит» в записке строевой.
Лежал он — всем семи ветрам открытый,
блестела каска матово в кустах,
и на судьбу нелепую — обида
навек застыла в выцветших глазах.

Смерть солдата

Грянул гром шагах в десяти
И наполнил стакан тишины до краев
Лишь медали звенят на груди, и скворцы
Учит реквием стайка бездушных скворцов

Грянул гром, и расскаты его постучались в окно
Далеко
Пара девичьих глаз превратилась в стекло 

Полевая почта, Май 1944г (…отрывок из письма)

Здравствуй Мама!
Я скучаю по тебе! Хочется прижаться
и смеяться.
Хочется поесть…домашних щей,
погонять по крышам голубей!
…как там, в госпитале папа?
Завтра я в разведку,
в тыл врага.
Ты не бойся.
Мне совсем нестрашно.
Мама!
Я люблю твои глаза…

Мама!
Помнишь тёплый
свитер…голубой ?
Ты его, пожалуйста,
заштопай…

Мама! Я вернусь,
и мы с тобой
вновь пойдём гулять по Ленинграду.
Мама…

Ему было 19 лет. Он не вернулся…
Письмо переслали его однополчане.

У Алексея Глызина есть очень хорошая песня на этот счёт. Я не поклонник его творчества, но песня трогает. Ссылка.

ОДИН

Постоишь у забытой могилы
Чьей-то дочери или сына,
И накатятся чувства волною,
Скорбь обнимет своей тишиною.

Пыль лежит на гранитных плитах
Толстым слоем прошедших времён,
Вокруг воздух мольбами пропитан,
Но навряд ли кто будет прощён.

Устанут слёзы наружу проситься,
И дрожащей станет рука,
Будут вороны стаей кружиться
Над тобою, смеясь свысока.

Так же ты будешь, всеми забытый,
Неухоженным холмиком спать,
И венок на цветник непомытый
Не возложит жена или мать.

Только небо расколото молнией,
Только солнце с тёплым лучом,
И твой образ в полном безмолвии,
Вспоминаемый кем-то потом.

Постояв у могилы заброшенной,
Ты пойдёшь дальше жить, а пока
Листик, клёном на землю брошенный,
Покладёт пусть на холмик рука.

1.

На фронте не сойдешь с ума едва ли,
Не научившись сразу забывать.

Мы из подбитых танков выгребали
Все, что в могилу можно закопать.
Комбриг уперся подбородком в китель.
Я прятал слезы. Хватит. Перестань.

А вечером учил меня водитель,
Как правильно танцуют падеспань.

2.

Мой товарищ, в смертельной агонии
Не зови понапрасну друзей.
Дай-ка лучше согрею ладони я
Над дымящейся кровью твоей.
Ты не плачь, не стони, ты не маленький,
Ты не ранен, ты просто убит.
Дай на память сниму с тебя валенки.
Нам еще наступать предстоит.

МЕДАЛЬ «ЗА ОТВАГУ»

Забыл я патетику выспренных слов
О старой моей гимнастерке.
Но слышать приглушенный звон орденов
До слез мне обидно и горько.

Атаки и марши припомнились вновь,
И снова я в танковой роте.
Эмаль орденов — наша щедрая кровь,
Из наших сердец-позолота.

Но если обычная выслуга лет
Достойна военной награды,
Низведена ценность награды на нет,
А подвиг… — кому это надо?

Ведь граней сверканье и бликов игра,
Вы напрочь забытая сага.
Лишь светится скромно кружок серебра
И надпись на нем — «За отвагу».

Приятно мне знать, хоть чрезмерно не горд:
Лишь этой награды единой
Её не получит спортсмен за рекорд
И даже генсек — к именинам.

(Ион Деген. Остальные стихи здесь)

Награда на прилавке

Как-то раз я бродил по Арбату
Средь лотков, магазинов с бельем,
И со странным товаром палатка
Привлекла, вдруг, вниманье мое.

На прилавке лежали навалом,
Как гора дорогой мишуры,
Не кассет и не брошек развалы,
А награды военной поры.

Тусклым светом сияя, лежали
Средь приезжей людской суеты,
Вперемешку значки и медали
Рядом с орденом Красной звезды.

В руку взяв этот орден блестящий
И почувствовав, как он тяжел,
Я спросил продавца: «Настоящий?»,
Когда тот, вдруг ко мне подошел.

Он во всем меня быстро заверил,
Аверс, номер, крепеж показал,
Мой карман деловито измерил
И зеленую цену назвал.

Я подумал, как дешево стоит
Чей-то подвиг во имя страны,
Что понятие это простое
Скоро сменится словом «грины».

Разве думал солдат неизвестный,
Для победы рискуя собой,
Заслужив своей храбростью честно
Этот орден за праведный бой,

Что его дорогая награда,
Его слава и память его,
От победной вершины парада,
Вдруг, опустится до ничего.

Как случилось, что после полвека,
В благодатном, богатом краю,
Мы смогли довести человека,
Что он продал награду свою?

Может был он в подпитьи тяжелом,
Не приняв новой жизни оскал,
Может в жизни своей не нашел он,
Доли той, о которой мечтал.

Похоронен он где-то бесславно,
Одинокий и нищий старик,
А награда его на прилавке,
Как дешевая брошка лежит.

(Михаил Азард)

ПОСЛЕВОЕННАЯ

Отец вернулся после лагеря домой
А дом родной давным давно уже чужой
Ведь сколько лет пошло как кончилась война
И нет весточки отец мой от тебя

А мать ждала тебя все годы напролет
И фотокарточку снимать всем не дает
Ведь новый дедушка с бабулею у нас
И заставляют дядю папой называть

Прости ее отец прости любимый мой
Не дождалась она когда придешь домой
А сколько слез она ночами пролила
Ведь похоронка десять лет назад пришла

Нам было долго очень долго тяжело
Порой не ели целый день мы ничего
И чтоб с сестричкою моей не померли
Мать вышла замуж ты поверь не по любви

Четыре года я на фронте воевал
А под Калугой был контужен в плен попал
Ну а потом наши родные лагеря
Я как предатель отсидел все годы там

Я Вам писал все эти годы напролет
Но видно этим письмам не давали ход
И в результате я остался без семьи
Ты взрослый мальчик
Все пожалуйста пойми

Теперь я здесь уже давно незванный гость
Что ж покидаю как чужой родимый дом
А сколько лет желанной этой встречи ждал
С войной и властью этой все я потерял

Ты будь мужчиной и прошу меня пойми
Ты обо мне что я вернулся промолчи
Так будет лучше для тебя и всех других
Погиб на фронте я за близких и родных  

Цикл стихов Юрия Егорова.

1941

Мы вышли из боя,
Но в замкнутом круге,
Как после запоя,
Не слушались руки.

Мы рваные раны
В ладони вжимали,
Пустые наганы
К виску приставляли.

Тянули на спичках –
Кто первый на мины,
И, с непривычки,
Мочились в штанины.

Нам в спину лупили,
Отход отрезая,
Мы матом их крыли,
Свинцом поливая.

Мы дрались, как черти,
В тисках окруженья,
И больше, чем смерти
Боялись паденья!

Вокруг озирались —
Нас всюду прижали,
Уже не прощались —
Смертельно устали.

Мы жадно курили
Махру под налетом,
Нас после убили,
Накрыв минометом,

Мы рыли штыками
Могилы ребятам…
Нас не было с вами,
Тогда, в сорок пятом.

1942. Кавказ

Мы сапогами месим грязь,
В бессильной злобе, матерясь –
Сырая ночь, уходим прочь
От перевала,
Вода в дырявом сапоге,
Кровь запеклась на рукаве,
Нас окружают в темноте
Враги и скалы.

Ракеты чертят небосвод,
От батальона только взвод –
Ну, вот и все, что от него
Еще осталось,
Патронов только для броска,
Приклад, да лезвие ножа,
А за спиной тяжелый бой,
Боль и усталость…

Хрипит, кончаясь, комиссар,
От гимнастерок мокрых пар,
Глотает взвод соленый пот,
Не закурить!
Патронов нет, но пулемет
Сержант оставить не дает,
Вот сволота! Ну, на хрена
Его тащить?

Ну, может, хватит отступать –
Один ведь ляд, где пропадать!
Заляжем тут, как подойдут,
Так примем бой…
Их все равно не обмануть,
Слышь, командир, чего тянуть?
Спрячь пистолет, ведь мочи нет,
Да черт с тобой!

Четвертый час – хоть глаз коли,
Кровь по башке, в глазах круги,
Вот-вот рассвет, а там привет –
Не выйти днем!
Уж, если здесь нас припекут,
Тогда уж точно всем ”капут” –
Не окопаться, не прорваться
Под огнем…

Совсем светло, ну вот и все,
На этот раз не пронесло –
Всем за скалу! Я задержу
На полчаса…
… Он крыл и немцев и Кавказ,
Но задержал на целый час,
Потом в глазах рассвет погас,
Кровь из виска…

1943. Возвращение

Я еще вернусь к тебе
Грустным дождиком осенним,
Листопадом – сновиденьем,
При погонах и звезде.

Постучусь в твое окно
Вместе с эхом утром рано,
Белым облаком тумана
Окунусь в твое тепло.

Ты еще так сладко спишь
Под шаги часов настенных,
В этих сумерках неверных
Занавесит окна тишь.

Треугольником письмо
На комоде. Неужели
Так листочки пожелтели?
Значит, все-таки, дошло.

Значит, все-таки, успел
Рассказать, как я скучаю,
Как люблю и вспоминаю…
Как вернуться я хотел.

Помню – тихо снег упал
На поля, на край окопа.
Я сидел у пулемета,
Улыбался и писал.

Я писал, что скоро враг
Уползет к своим границам,
И тогда, я белой птицей
Прилечу, через Рейхстаг!

И о том, что скоро в бой
За деревню на пригорке
Мы пойдем. И что, Егорке
Берегу гостинец свой.

В 43-м, той зимой…
Вырос сын. И внуки, тоже…
Я вернулся. И по коже,
По твоей, скользнул слезой…

1944. Ас 

Эпилог вместо пролога.
”…Ночью была перехвачена радиограмма русских, из которой стало ясно, что погибший пилот был знаменитым советским асом, неоднократно награжденный Золотой Звездой Героя Советского Союза. Следует отдать ему должное – он был отличным летчиком.” Ханс-Ульрих Рудель, пилот пикирующего бомбардировщика Ю-87 (штука)
.

Мы зевнули, проклятье! Это были ”иваны”,
Справа Днестр, за ним танки вышли в прорыв,
Сверху яркое Солнце, а снизу – туманы,
И навстречу – шестерка, вираж заложив…

А мы строй развалили, повиснув над целью,
Понадеялись – ”наши”, махнули крылом,
Заблажил пулеметчик, залязгал турелью…
Поздно! Первая ”штука” рванула огнем.

Не успеть, не увидеть – кто выжил, кто спасся,
”Юнкерс” коршуном к низу, сквозь узкий овраг,
Под изогнутой плоскостью молнией трасса –
Значит, дышит в затылок пропеллером Лаг!

Значит, времени нет, ухожу коридором,
Бомбы – к черту, задача его обмануть –
Он быстрей, он проскочит с ревущим мотором,
И тогда я ударю в распятую грудь!

Но повис, как бульдог, растопырил закрылки,
Сбросил скорость на ”нет”, и короткими бьет,
Он завалит меня, уже с этой попытки,
И молчит борт стрелок – разбит пулемет.

Так, похоже, он мастер – играем в ”пятнашки”,
Разворот, полубочка, и снова – к земле,
Я цепляю винтом полевые ромашки,
И послушен рычаг управления мне.

Он легко повторяет любые маневры,
Высота 10 метров, и ниже нельзя!
Я ослеп из-за пота, и вырваны нервы,
И скулит мне в наушники кто-то: ”Земля!!!”

Я уже паникую – нарвался на аса,
Хорошо, остальные остались вверху!
Стала ближе и яростней белая трасса,
И опять, только чудом, я вскользь ухожу…

Вот он рядом, чуть справа, раскрашенным коком,
Острым диском пропеллера, тонким крылом,
И в стекле фонаря, в этом профиле строгом,
Улыбнулась мне Смерть побелевшим лицом!

А вот это – конец, вижу – не оторваться,
Ну, еще полминуты, собраться, понять…
Так нелепо… Как жаль — не успеть попрощаться,
И смириться – не ЖИТЬ! не ЛЮБИТЬ! не ЛЕТАТЬ!

А потом он отстал ослепительным взрывом,
Зацепив чем-то землю, ударом глухим…
Я вернулся живым и, с каким-то надрывом
Пил всю ночь до утра, и беседовал с ним… 

PS! Я долго искал, но так и не смог точно узнать имя погибшего летчика. Примерно в это же время погиб дважды Герой Советского Союза капитан Карпов. Полковник Рудель, по всей видимости, считал, что тем асом был именно он. Но Карпов сражался не на этом фронте. В бою с Руделем погиб совсем другой летчик. У него не было высоких наград, иначе бы его имя упомянули в сводках потерь. Но он был АСОМ.

Берлин 1945

Лязгнул люк…
Осторожно Тишину изучая,
Копоть узкой полоской скользнула сквозь щель,
И расплавленным Солнцем глаза застилая,
Сладким запахом в ноздри ударил Апрель.

Еще теплая сталь под ладонью шершавой —
Изгибаясь змеей, заскользил по броне,
Пыль, безмолвно вальсируя осыпью ржавой,
Расстилала постель на сожженной земле…

Справа жмется всем телом к руинам пехота,
Слева в доме пожар, там теперь никого,
Значит – чисто…
а то помирать неохота,
Если тут до Победы километр всего!

Не за тем я к Берлину шел четыре столетья,
Стольких близких теряя, их жизнью живя,
Эта ”тридцать четверка” у меня уже третья,
Два ранения, ”Гвардия” и ордена…

Так, посмотрим в чем дело…?
— Ну, вот же зараза!
Есть — достал таки ”фаустник” правый каток…
— Старшина, лезь сюда! Остальным – в оба глаза!
— Ну, что скажешь, механик?
– Покурим, Сашок…

Тут крути- не крути, командир — передышка.
Здесь работы на день! Вот такие дела…
На, курни… и без нас, говорю – немцу крышка!
… Тишина-то какая! Может, наша взяла?

— Сань, чего самоходку не с первого раза?
Она сколько попала! Хорошо – рикошет…
— Ну а ты, почему тормознул без приказа?
Чтобы целиться лучше? Струхнул, что ли, дед?

— Это брось, лейтенант, у меня же три ”Славы”!
Я, считай, отбоялся на Курской дуге,
Впрочем… помнишь — ”Пантера” у самой Варшавы
Нас достала? А я, уж… Спасибо тебе.

Грохнул выстрел. Упали…
– Ты глянь, снайпер – сука!
Вон он, метров за двести, бликует в окне…
Нет, ну ты посмотри, ведь какая подлюка –
Огрызается, мать твою!
… Саня… ты где?!

Башня плавно качнулась в смертельном движеньи,
В панораме прицела — оконный проем.
Громом плюнуло дуло по створу мишени,
Раскололо этаж… Полыхнуло огнем…

А потом был бросок страшным, быстрым приливом,
Полусогнуто скалясь, пехота пошла…
И неслось в эти спины по-волчьи, с надрывом –
Сашка! Сашенька… Ну-у, почему не М-Е-Н-Я!

Плакал старый танкист, и от боли немея,
Прижимая к груди синь распахнутых глаз,
Отпускал в тишину ароматов Апреля
За полдня до Победы…
А может – за час…

Предыстория;
Не так давно ко мне в руки попала исписанная вдоль и поперек тетраль, мятая, пожелтевшая. Друзья нашли ее в одном из старых хрущоб под снос. Тетрадь — без подписи, так что имя автора мне неизвестно. А жаль! Судя по всему, это — своего рода дневник, в который записывала первые стихи молодая женщина в годы оккупации. Стихи — простые и незамысловатые, но очень сильные. Вот некоторые из них:

Над трупами солдат

Все кончено для них. Отвоевались.
Забыли голод, страх и униженье.
Забыли тех, которые остались,
Забыли этот острый запах тленья.
Прийдут, шатаясь, и поднимут трупы,
Такие же голодные, как эти.
Землей засыпят и посмотрят хмуро,
А завтра их зароют на рассвете»
(20.09.1942) 

Сын

Он не понял еще, что такое убит.
Он отцовскими смотрит глазами.
Засыпая, он также как прежде твердит:
«Скоро папа приедет за нами».
Это слово бросает в холодную дрожь,
Но не думай словами другими:
Он приедет, мой мальчик, когда подрастешь, —
Молодой, бесконечно любимый.
(1943) 

Девушкам

О, девушки, что надо вам от этих
Чужих, надменных вражеских солдат?
Ужели только танцы есть на свете,
Ликеры и немецкий шоколад?
Опять всю ночь гнусавит за стеною
Шипя и щзадыхаясь, патефон.
И девушки смеются. Над собою? Над Родиной?..
Пусть это будет сон…
(6.06.1943) 

Пленному

Ты просишь хлеба и тепла. За то ли,
Что умереть ты не успел в бою:
Что смерти храбрых предпочел неволю
И этим предал родину свою?
Жалеть тебя за это не умею,
Но осудить не смею, не могу.
Возьми же хлеб и уходи быстрее, —
Служить, как раб, надменному врагу…
(5.06.1943) 

Любвеобильная

Над садом встал холодный, бледный месяц,
И девушка выходит на крыльцо.
Пятнадцать дней назад на этом месте
Наш лейтенант смотрел в ее лицо.
Она клялась — тогда еще по русски —
В своей любви. И месяц в небе гас.
И снова воин с ней, но только прусский:
«Ich liebe Dich? Mein brav? Mein liebster Hans»
О, как изящны эти иностранцы!
Пройдет еще 15-20 дней, —
Уедет немец. Венгру, итальянцу
Она расскажет о любви своей.
(5.08.1943) 

Что такое фашист?

Роса на цветах, точно пестрые бусы
И птичий в кустах пересвист.
Ответь своей дочке — веселой и русой,
Ответь, что такое фашист?
Но мать говорит: «Скоро станешь большая,
Узнаешь тогда обо всем.
Расти, моя милая, горя не зная,
Люби свою маму и дом»
Вдали орудийные слыши раскаты
И пламя бушует во мгле.
Чужие, обросшие, злые солдаты
Идут по советской земле…
Сады обгорелые, с мертвыми ямы
И слезы достались врагу.
«Зачем ты лежишь здесь и спишь, моя мама?
Тебя разбудить не могу…»
Но мама не слышит ни дочки любимой,
Ни пуль затихающих свист.
Но мама не видит ни крови, ни дыма…
Смотри — это сделал ФАШИСТ!
(внизу приписка: узнай, что сделала девочка)
(05.1943) 

СМЕРТЬ

Мгновенна смерть. Но мысли успевают
Прощаясь с жизнью, вспомнить о живых.
И в этот миг — я это твердо знаю —
Тревога близких согревает их.
Как ярко, как мгновенно в клочьях дыма
Возникнет дом и вязы у крыльца,
Где в этот миг тоской необъяснимой
Охвачены любимые сердца.
Где рвется к вам как из неволи птица,
Родная нам — и мертвая душа…
Вот почему так на застывших лицах
Улыбка счастья странно хороша…
(1943) 

FUR DICH

Ты жив. Ну так будь же доволен судьбою!
И большего счастья не требуй.
Все так же, все то же плывет над тобою
Невинное легкое небо.
Ты можешь уснуть в эту ночь без тревоги.
Потери забудутся быстро.
быстрей, чем промчишься в дороге
С колонною мотоциклистов.
Ведь высохла кровь под твоими ногами
И сердце привыкло к покою.
Чужие машины грохочут ночами,
Готовясь к ПОСЛЕДНЕМУ бою.
(7.08.1942)

Мы живы

Как хорошо, что до сих пор мы живы.
Пусть ничего не видно в этой мгле,
Но мы живем на нежной и ленивой,
На теплой человеческой земле.
Чужая кровь на наши лица брызжет,
Но мы живем, втыкая в близких нож.
Но мы поем о юности, о жизни.
Но верим мы в заплеванную ложь.

Не отнимай облезлой погремушки!
Заплачем мы, и, может быть, умрем.
А то ударим в спину простодушно
Тебя тупым запекшимся ножом.
(06.1943)

И последнее: 

Под Ельцом

Самый ласковый друг мой убит под Ельцом.
Как мне выразить словом всю яростность боли?
Самый первый из всех — с почерневшим лицом
Он лежит на краю обожженного поля.
Он ходил на врага перед взводом своим,
Каждый жест был простым, вдохновенным и твердым…
Осторожно склоняя знамена над ним,
Мы входили в родной, завоеванный город…
(5.08.1943) 

pobeda-ru.livejournal.com

Десять стихотворений о Великой Отечественной войне: alex_vinokur

Те, что мне кажутся самыми сильными. А что бы вы добавили или, может быть, убрали?

Семён Гудзенко
Перед атакой

Когда на смерть идут — поют,
а перед этим
можно плакать.
Ведь самый страшный час в бою —
час ожидания атаки.
Снег минами изрыт вокруг
и почернел от пыли минной.
Разрыв —
и умирает друг.
И значит — смерть проходит мимо.
Сейчас настанет мой черед,
За мной одним
идет охота.
Будь проклят
сорок первый год —
ты, вмерзшая в снега пехота.
Мне кажется, что я магнит,
что я притягиваю мины.
Разрыв —
и лейтенант хрипит.
И смерть опять проходит мимо.
Но мы уже
не в силах ждать.
И нас ведет через траншеи
окоченевшая вражда,
штыком дырявящая шеи.
Бой был короткий.
А потом
глушили водку ледяную,
и выковыривал ножом
из-под ногтей
я кровь чужую.

1942

* * *

Ион Деген

Мой товарищ, в смертельной агонии
Не зови понапрасну друзей.
Дай-ка лучше согрею ладони я
Над дымящею кровью твоей.

Ты не плачь, не скули. Ты не маленький.
Ты не ранен. Ты просто убит.
Дай на память сниму с тебя валенки.
Нам еще наступать предстоит.

* * *

Михаил Исаковский

Враги сожгли родную хату,
Сгубили всю его семью.
Куда ж теперь идти солдату,
Кому нести печаль свою?

Пошел солдат в глубоком горе
На перекресток двух дорог,
Нашел солдат в широком поле
Травой заросший бугорок.

Стоит солдат — и словно комья
Застряли в горле у него.
Сказал солдат: «Встречай, Прасковья,
Героя — мужа своего.

Готовь для гостя угощенье,
Накрой в избе широкий стол,-
Свой день, свой праздник возвращенья
К тебе я праздновать пришел…»

Никто солдату не ответил,
Никто его не повстречал,
И только теплый летний ветер
Траву могильную качал.

Вздохнул солдат, ремень поправил,
Раскрыл мешок походный свой,
Бутылку горькую поставил
На серый камень гробовой.

«Не осуждай меня, Прасковья,
Что я пришел к тебе такой:
Хотел я выпить за здоровье,
А должен пить за упокой.

Сойдутся вновь друзья, подружки,
Но не сойтись вовеки нам…»
И пил солдат из медной кружки
Вино с печалью пополам.

Он пил — солдат, слуга народа,
И с болью в сердце говорил:
«Я шел к тебе четыре года,
Я три державы покорил…»

Хмелел солдат, слеза катилась,
Слеза несбывшихся надежд,
И на груди его светилась
Медаль за город Будапешт.

1945

* * *

Михаил Кульчицкий

Мечтатель, фантазер, лентяй-завистник!
Что? Пули в каску безопасней капель?
И всадники проносятся со свистом
вертящихся пропеллерами сабель.
Я раньше думал: «лейтенант»
звучит вот так: «Налейте нам!»
И, зная топографию,
он топает по гравию.

Война — совсем не фейерверк,
а просто — трудная работа,
когда,
черна от пота,
вверх
скользит по пахоте пехота.
Марш!
И глина в чавкающем топоте
до мозга костей промерзших ног
наворачивается на чeботы
весом хлеба в месячный паек.
На бойцах и пуговицы вроде
чешуи тяжелых орденов.
Не до ордена.
Была бы Родина
с ежедневными Бородино.

26 декабря 1942, Хлебниково-Москва

* * *

Юрий Левитанский

Ну что с того, что я там был.
Я был давно, я все забыл.
Не помню дней, не помню дат.
И тех форсированных рек.
Я неопознанный солдат.
Я рядовой, я имярек.
Я меткой пули недолет.
Я лед кровавый в январе.
Я крепко впаян в этот лед.
Я в нем как мушка в янтаре.

Ну что с того, что я там был.
Я все забыл. Я все избыл.
Не помню дат, не помню дней,
Названий вспомнить не могу.
Я топот загнанных коней.
Я хриплый окрик на бегу.
Я миг непрожитого дня,
я бой на дальнем рубеже.
Я пламя вечного огня,
и пламя гильзы в блиндаже.

Ну что с того, что я там был.
В том грозном быть или не быть.
Я это все почти забыл,
я это все хочу забыть.
Я не участвую в войне,
война участвует во мне.
И пламя вечного огня
горит на скулах у меня.

Уже меня не исключить
Из этих лет, из той войны.
Уже меня не излечить
От тех снегов, от той зимы.
И с той зимой, и с той землей,
Уже меня не разлучить.
До тех снегов, где вам уже
Моих следов не различить.

* * *

Александр Межиров

Мы под Колпиным скопом стоим,
Артиллерия бьет по своим.
Это наша разведка, наверно,
Ориентир указала неверно.

Недолет. Перелет. Недолет.
По своим артиллерия бьет.

Мы недаром присягу давали.
За собою мосты подрывали,-
Из окопов никто не уйдет.
Недолет. Перелет. Недолет.

Мы под Колпиным скопом лежим
И дрожим, прокопченные дымом.
Надо все-таки бить по чужим,
А она — по своим, по родимым.

Нас комбаты утешить хотят,
Нас, десантников, армия любит…
По своим артиллерия лупит,-
Лес не рубят, а щепки летят.

1956

* * *

Булат Окуджава

Простите пехоте, что так неразумна бывает она.
Всегда мы уходим, когда над Землёю бушует весна.
И шагом неверным, по лестничке шаткой, спасения нет.
Лишь белые вербы, как белые сёстры глядят тебе вслед.

Не верьте погоде, когда затяжные дожди она льёт,
Не верьте пехоте, когда она бравые песни поёт,
Не верьте, не верьте, когда по садам закричат соловьи.
У жизни со смертью ещё не окончены счёты свои.

Нас время учило, живи по привальному, дверь отворя.
Товарищ мужчина, как всё же заманчива должность твоя,
Всегда ты в походе, и только одно отрывает от сна —
Куда ж мы уходим, когда за спиною бушует весна?..

* * *

Давид Самойлов
Сороковые

Сороковые, роковые,
Военные и фронтовые,
Где извещенья похоронные
И перестуки эшелонные.

Гудят накатанные рельсы.
Просторно. Холодно. Высоко.
И погорельцы, погорельцы
Кочуют с запада к востоку…

А это я на полустанке
В своей замурзанной ушанке,
Где звездочка не уставная,
А вырезанная из банки.

Да, это я на белом свете,
Худой, веселый и задорный.
И у меня табак в кисете,
И у меня мундштук наборный.

И я с девчонкой балагурю,
И больше нужного хромаю,
И пайку надвое ломаю,
И все на свете понимаю.

Как это было! Как совпало —
Война, беда, мечта и юность!
И это все в меня запало
И лишь потом во мне очнулось!..

Сороковые, роковые,
Свинцовые, пороховые…
Война гуляет по России,
А мы такие молодые!

1961

* * *

Константин Симонов

Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.

Жди меня, и я вернусь,
Не желай добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души…
Жди. И с ними заодно
Выпить не спеши.

Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: — Повезло.
Не понять, не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой,-
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.

1941

* * *

Александр Твардовский

Я знаю, никакой моей вины
В том, что другие не пришли с войны,
В то, что они — кто старше, кто моложе —
Остались там, и не о том же речь,
Что я их мог, но не сумел сберечь,-
Речь не о том, но все же, все же, все же…

alex-vinokur.livejournal.com

Стихи о Великой Отечественной Войне

НАЧАЛО ВОЙНЫ

22 июня 

Не танцуйте сегодня, не пойте.
В предвечерний задумчивый час
Молчаливо у окон постойте,
Вспомяните погибших за нас.

Там, в толпе, средь любимых, влюблённых,
Средь весёлых и крепких ребят,
Чьи-то тени в пилотках зелёных
На окраины молча спешат.

Им нельзя задержаться, остаться 


Их берёт этот день навсегда,
На путях сортировочных станций
Им разлуку трубят поезда.

Окликать их и звать их 

 напрасно,
Не промолвят ни слова в ответ,
Но с улыбкою грустной и ясной
Поглядите им пристально вслед.

(В. Шефнер)

Верим в Победу 

Против нас полки сосредоточив,
Враг напал на мирную страну.
Белой ночью, самой белой ночью
Начал эту чёрную войну!

Только хочет он или не хочет,
А своё получит от войны:
Скоро даже дни, не только ночи,
Станут, станут для него черны!

(В. Шефнер, 1941, 23 июня, Ленинград)

Мы врага отбросим 


Сигнал тревоги
над страной.
Подкрался враг,
Как вор ночной.
Фашистов черная орда
Не вступит в наши города.
И мы врага отбросим так,
Как наша ненависть крепка,
Что даты нынешних атак
Народ прославит на века.
(А. Барто)

Тот самый длинный день в году… 

Тот самый длинный день в году
С его безоблачной погодой
Нам выдал общую беду
На всех, на все четыре года.
Она такой вдавила след
И стольких наземь положила,
Что двадцать лет и тридцать лет
Живым не верится, что живы.
И к мертвым выправив билет,
Всё едет кто-нибудь из близких
И время добавляет в списки
Еще кого-то, кого-то нет…

(К. Симонов)

22 июня 1941 года 

«Началась война…» –
В сердца вонзилось
Страшною отравленной стрелой.
И на свете
Всё переменилось.
И тревога
Встала
Над страной.

Эта весть
Собой закрыла солнце,
Словно туча чёрная в грозу.
Нивы
Вдруг пожухли,
Колокольцы
Вздрогнули
В разбуженном лесу.

Эта весть
Ударила, как бомба.
Гнев народа
Поднялся волной.
В этот день
Мы поклялись до гроба
Воевать
С проклятою войной.

В этот день
Ты верным стал солдатом,
И тебе,
Прошедший бой солдат,
Люди
За победу в сорок пятом
От души
Спасибо говорят.

(Миклай Казаков, перевод А. Аквилева)

Грохочет тринадцатый день войны 

Грохочет тринадцатый день войны.
Ни ночью, ни днем передышки нету.
Вздымаются взрывы, слепят ракеты,
И нет ни секунды для тишины.

Как бьются ребята 

 представить страшно!
Кидаясь в двадцатый, тридцатый бой
За каждую хату, тропинку, пашню,
За каждый бугор, что до боли свой…

И нету ни фронта уже, ни тыла,
Стволов раскаленных не остудить!
Окопы 

 могилы… и вновь могилы…
Измучились вдрызг, на исходе силы,
И все-таки мужества не сломить.

О битвах мы пели не раз заранее,
Звучали слова и в самОм Кремле
О том, что коль завтра война нагрянет,
То вся наша мощь монолитом встанет
И грозно пойдет по чужой земле.

А как же действительно все случится?
Об этом 

 никто и нигде. Молчок!
Но хлопцы в том могут ли усомнится?
Они могут только бесстрашно биться,
Сражаясь за каждый родной клочок!

А вера звенит и в душе, и в теле,
Что главные силы уже идут!
И завтра, ну может, через неделю
Всю сволочь фашистскую разметут.

Грохочет тринадцатый день война
И, лязгая, рвется все дальше, дальше…
И тем она больше всего страшна,
Что прет не чужой землей, а нашей.

Не счесть ни смертей, ни числа атак,
Усталость пудами сковала ноги…
И, кажется, сделай еще хоть шаг,
И замертво свалишься у дороги…

Комвзвода пилоткою вытер лоб:

 Дели сухари! Не дрейфить, люди!
Неделя, не больше, еще пройдет,
И главная сила сюда прибудет.

На лес, будто сажа, свалилась мгла…
Ну где же победа и час расплаты?!
У каждого кустика и ствола
Уснули измученные солдаты…

Эх, знать бы бесстрашным бойцам страны,
Смертельно усталым солдатам взвода,
Что ждать ни подмоги, ни тишины
Не нужно. И что до конца войны
Не дни, а четыре огромных года.

(Э. Асадов)

22 июня 

Июнь. Россия. Воскресенье.
Рассвет в объятьях тишины.
Осталось хрупкое мгновенье
До первых выстрелов войны.

Через секунду мир взорвётся,
Смерть поведёт парад-алле,
И навсегда погаснет солнце
Для миллионов на земле.

Безумный шквал огня и стали
Не повернётся сам назад.
Два «супербога»: Гитлер – Сталин,
А между ними страшный ад.

Июнь. Россия. Воскресенье.
Страна на грани: быть не быть…
И это жуткое мгновенье
Нам никогда не позабыть…
(Д. Попов)

22 июня 

Ликует утро… И яснЫ,
Прозрачны солнечные дали.
Сегодня – первый день войны…
Хоть мы о том ещё не знали.

Но скоро мир волшебных снов
Уйдёт в туман воспоминаний.
Уже приподнят тайный кров
Над бездной горя и страданий.

И мы пошли сквозь вихрь смертей,
Через огонь, разор и беды…
И много-много долгих дней
Нас отделяло от победы.

(Е. Груданов )

Той первой ночью 


Ещё той ночью игры снились детям,
Но грозным рёвом, не пустой игрой,
Ночное небо взрезав на рассвете,
Шли самолёты на восток.
Их строй


Нёс, притаясь, начало новой ноты,
Что, дирижёрским замыслам верна,
Зловещим визгом первого полёта
Начнёт запев по имени — война.


Но дирижер не знал, что в этом звуке,
Где песнь Победы чудилась ему,
Звучат народа собственного муки,
Хрипит Берлин, поверженный в дыму.


Той первой ночью, в ранний час рассвета,
Спала земля в колосьях и цветах,
И столько было света,
Столько цвета,
Что снились разве только в детских снах.


Той ночью птицы еле начинали
Сквозь дрёму трогать флейты и смычки,
Не ведая, что клювы хищной стаи
Идут, уже совсем недалеки.


Там где-то стон растоптанной Европы,
А здесь заставы день и ночь не спят.
Притих в лазурной дымке Севастополь.
Притих под белой ночью Ленинград.


Штыки постов глядятся в воды Буга.
Ещё России даль объята сном…
Но первой бомбы вой коснулся слуха,
И первый гром — и первый рухнул дом.


И первый вопль из детской колыбели,
И материнский, первый, страшный крик,
И стук сердец, что сразу очерствели
И шли в огонь, на гибель, напрямик.


И встал в ту ночь великий щит народа
И принял в грудь ударов первый шквал,
Чтоб год за годом, все четыре года,
Не утихал сплошной девятый вал…


… Всё отошло. Заволоклось туманом.
И подняла Победа два крыла.
Но эта ночь, как штыковая рана,
Навек мне сердце болью обожгла.

(Н. Браун)
 

А. Суркову 

Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины,
Как шли бесконечные, злые дожди,
Как кринки несли нам усталые женщины,
Прижав, как детей, от дождя их к груди,

Как слезы они вытирали украдкою,
Как вслед нам шептали: 

 Господь вас спаси! 
И снова себя называли солдатками,
Как встарь повелось на великой Руси.

Слезами измеренный чаще, чем верстами,
Шел тракт, на пригорках скрываясь из глаз:
Деревни, деревни, деревни с погостами,
Как будто на них вся Россия сошлась,

Как будто за каждою русской околицей,
Крестом своих рук ограждая живых,
Всем миром сойдясь, наши прадеды молятся
За в бога не верящих внуков своих.

Ты знаешь, наверное, все-таки Родина 


Не дом городской, где я празднично жил,
А эти проселки, что дедами пройдены,
С простыми крестами их русских могил.

Не знаю, как ты, а меня с деревенскою
Дорожной тоской от села до села,
Со вдовьей слезою и с песнею женскою
Впервые война на проселках свела.

Ты помнишь, Алеша: изба под Борисовом,
По мертвому плачущий девичий крик,
Седая старуха в салопчике плисовом,
Весь в белом, как на смерть одетый, старик.

Ну что им сказать, чем утешить могли мы их?
Но, горе поняв своим бабьим чутьем,
Ты помнишь, старуха сказала: 

 Родимые,
Покуда идите, мы вас подождем.

«Мы вас подождем!» 

 говорили нам пажити.
«Мы вас подождем!» 
 говорили леса.
Ты знаешь, Алеша, ночами мне кажется,
Что следом за мной их идут голоса.

По русским обычаям, только пожарища
На русской земле раскидав позади,
На наших глазах умирали товарищи,
По-русски рубаху рванув на груди.

Нас пули с тобою пока еще милуют.
Но, трижды поверив, что жизнь уже вся,
Я все-таки горд был за самую милую,
За горькую землю, где я родился,

За то, что на ней умереть мне завещано,
Что русская мать нас на свет родила,
Что, в бой провожая нас, русская женщина
По-русски три раза меня обняла.

(К. Симонов, 1941 г.)

До свидания, мальчики! 


Ах война, что ж ты сделала подлая:
Стали тихими наши дворы,
Наши мальчики головы подняли,
Повзрослели они до поры,

На пороге едва помаячили
И ушли за солдатом – солдат…
До свидания мальчики! Мальчики,
Постарайтесь вернуться назад

Нет, не прячьтесь, вы будьте высокими
Не жалейте ни пуль, ни гранат,
И себя не щадите вы, и все-таки
Постарайтесь вернуться назад.

Ах война что ж ты подлая сделала:
Вместо свадеб – разлуки и дым.
Наши девочки платьица белые
Раздарили сестренкам своим.

Сапоги – ну куда от них денешься?
Да зеленые крылья погон…
Вы наплюйте на сплетников, девочки,
Мы сведем с ними счеты потом.

Пусть болтают, что верить вам не во что,
Что идете войной наугад…
До свидания, девочки! Девочки,
Постарайтесь вернуться назад.

(Б. Окуджава)

Парад в сорок первом 

Наверное, товарищи, не зря,
Любуясь шагом армии чеканным,
Всегда припоминают ветераны
Другой 

 суровый  праздник Октября.
Была Москва пургой заметена,
У Мавзолея ели коченели,
И шла по Красной площади Война 

Усталая, в простреленной шинели.
То батальоны шли с передовой,
Шли на парад окопные солдаты.
В тревожных небесах аэростаты
Качали удлиненной головой.
Терзали тело Подмосковья рвы,
Убитых хоронил снежок пушистый,
Сжимали горло фронтовой Москвы
Траншеи наступающих фашистов.
А батальоны шли с передовой,
Шли на парад окопные солдаты!
Недаром в небесах аэростаты
Качали удивленно головой!
Кто может может победить такой народ?..

Не забывайте сорок первый год!
(Ю. Друнина)



Перед атакой 
 

Когда на смерть идут – поют,
А перед этим
можно плакать.
Ведь самый страшный час в бою –
Час ожидания атаки.

Снег минами изрыт вокруг
И почернел от пыли минной.
Разрыв –
и умирает друг.
И, значит смерть проходит мимо.

Сейчас настанет мой черед.
За мной одним
идет охота.
Будь проклят сорок первый год
И вмерзшая в снега пехота…
(С. Гудзенко)

Война 41 года 

Пропахшие порохом тучи неслись,
Пролившись свинцом с небосвода.
«Ни шагу назад… И ни пяди земли…»

 Касается каждого взвода.

Но Киев захвачен, в кольце Ленинград,
Бои – на пороге столицы:
Бессонные ночи, кровавый закат,
Суровые, скорбные лица.

Часы отступлений, как вы нелегки!
Ведь каждый считал – он виновен…
И только на Волге, у кромки реки,
Был враг, наконец, остановлен.

А дальше – сраженья и ночью, и днем
За каждую русскую хату.
Приказ был: 

 на Запад, под шквальным огнем,
Всё было под силу солдату.

Свобода тому лишь до гроба верна,
Кто предан идее народа.
Священная шла, мировая война, 


Война сорок первого года.

(В. Снегирев )

22 июня 

В тот страшный день земля рванула в небо.
От грохота застыла в жилах кровь.
Июнь цветастый сразу канул в небыль,
И смерть, вдруг, оттеснила жизнь, любовь.

Надели гимнастёрки и шинели
Вчерашние мальчишки – цвет страны.
Девчонки на прощанье песни пели,
Желали выжить в грозный час войны.

Война, как ком, катилась по дорогам,
Неся разруху, голод, смерть и боль.
Осталось их в живых совсем немного,
Принявших первый, самый страшный бой!

В атаку шли за правду, за Отчизну,
За мир, за мать с отцом, за добрый дом.
Чтоб защитить от ужасов фашизма
Права на жизнь, что рушилась кругом.

Сирень, гвоздики, нежные тюльпаны…
Начало лета, жизнь вокруг кипит.
Жива любовь, зарубцевались раны,
Но этот день июня не забыт!

(Т. Лаврова )

radugaschool11.blogspot.com

Стихи о войне, про великую отечественную войну 1941 1945

Представляем вашему вниманию подборку хороших стихов о Великой Отечественной Войне 1941-1945. Стихи о войне написаны авторами сайта «Изба-Читальня».

Великая Отечественная Война 1941-1945 г.

За Победу сражались отцы и деды.
Были удачи, а больше — беды!
Горькие слышал отца рассказы
Я о войне. — Не пустые фразы.

Сколько солдат полегло за землю.

Памяти светлой скорбя я внемлю.

Женщин, мужчин и детишек сколько?!

Разве же в цифрах всё дело только?

Сколько нещадной и жуткой боли

Выпало людям в плену неволи.

Сколько фашисты людей убили,

В печах сожгли и в земле зарыли!

Горькая память об этом в силе.

Но и фашистам лежать в могиле.

Новый фашизм весь извёлся в плаче:

Судит о прошлом уже иначе.

Судит. Ну что же. Пусть судит дальше.

Снова побьют, как и били раньше… —

Наша Победа! Отцов Победа!

Сердце моё — вразуми соседа!

© 17.03.2010 Иван Кунцевич

ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА

Историей вещей к войне прикоснусь.
О, как величава бескрайняя Русь.
С востока до запада в зорях она…
Вдруг мирный рассвет прерывает война.

Победу ковали в пургу и снега.

В жару и распутицу били врага.

Оплачена жизнью солдатской сполна,

Омыта слезами и кровью война.

Гремел над Рейхстагом военный салют.

Куранты Кремля о Победе споют.

В сердцах, в обелисках России сыны,

Как память, как эхо кровавой войны.

За днём Победы шли четыре года.

Одна война на всех, всего народа.

От стен Москвы, развалин Сталинграда

Шли до Берлина сквозь ворота ада.

© 02.05.2015 Неверович Игорь Леонардович

1945-й победный

Победный был в стране салют.
Не все,
не все им в 45-ом любовались.
На боль-просторах победившей
той страны —
могилы тех,
которые там в памяти
остались….
А сколько той войны сирот
по той стране голодными скитались?
В их памяти
отцы из года в год
металлом в сердце их,
в печали-боли матерей
вплавлялись…

© 20.03.2009 НЕПОМНЯЩИЙ — Нижегородец

22 ИЮНЯ 1941 ГОДА

Ранним утром, когда люди спят,
Когда снятся прекрасные сны.
К вам на головы бомбы летят,
Это значит начало войны.

Как шакалы, фашисты пришли,

Их никто к себе в гости не звал.

Сколько горя они принесли,

Но, фашист это не понимал.

Города их армады бомбят,

Коммунистов, евреев в расход.

Свой порядок устроить хотят,

На колени поставить народ.

Грабят ценности, в рейх свой везут,

Не гнушаются, гады, ничем.

По земле нашей смело идут,

Обнаглели фашисты совсем.

В Брестской крепости все полегли,

Но, не дали фашистам блицкриг

Было, да, отступали, полки,

Но, сжимали уже кулаки.

Под Москвой остановлен фашист,

В Сталинграде, устроен «котел»,

И под Курском Манштейн реваншист,

На костер свои танки привел.

Со своей земли гнали врага,

Европейцев спасли, сколь утрат.

И в Берлине сломав им рога,

Красный стяг водрузил наш солдат!

Этот день не забудет народ,

Свечи памяти будут гореть.

Если кто-то затеет поход,

Не пришлось бы и им сожалеть.

© 22.06.2016 Анатолий Бугаев

Сага войны…

Что вы ещё хотите?
Дайте дожить свой век.
Зря вы хулу плодите …
Я ли не человек?!

Да. Убивал. Так вышло.

Выше солдат приказ…

Это закон – не дышло,

Только я многих спас.

Не были вы в «вертушке»

Там, где нещадный бой…

Вызовут нас братушки,

Жертвуя всем, собой!

Стиснешь от горя зубы,

Залпом накроешь всех…

Камни вам станут шубой,

В штабе – штабной успех.

На перевалах снежно,

Пешему не пройти.

Я убивал вас нежно …

Сможешь, солдат, прости.

© 23.11.2012 Александр Дмитровский

Прожектора тревожно рыщут в небе

Прожектора тревожно рыщут в небе
Лучами, растянув его на пяльцы,
Стараются проткнуть палящим светом
Летящего, не званного скитальца

И кто войну считал аттракционом,

И как хотел , статистикою правил,

И кто копьём стучался в Мир драконом,

И выше всех себя над миром ставил.

Столкнулись в небе точкою прицела

И самолёт, беременный смертями,

Готовый разорваться страшной плевой,

Мир перекрасить чёрными чертями…

И ноготь белым пальцем жал в гашетку

И посылал, трассируя всё — матом

В расчерченное небо строгой сеткой

И счастлив был, когда злой ангел падал

И побеждал всегда, не тот, кто злее,

Не тот, кто Мир хотел одеть в заплатки,

Не тот, кто смерть для всех считал идеей,

А тот, кто смерти этой — в лоб бил пяткой!

© 13.02.2014 Лев Фадеев

Тишина на поле боя

Ничего страшнее тишины
нет в полях законченных сражений:
призрак смерти
с комплексом вины
падает пред жизнью на колени
и молитвы шепчет…
Губы сжав,
в комья кулаками упираясь,
тишину не держит, —
и, упав,
плачет скорбно, в слабости не каясь…

Эта канонада тишины

в сердце на пустынном поле боя —

эхо человеческой вины

всех за всех…

Да и за нас с тобою.

© 09.01.2010 Петр Корытко

На годовщину прорыва блокады Ленинграда

Ленинград не ждал освободителей,
Город Ленина — голодный, смрадный ад,
Из своих, почти угасших жителей,
Делал лучших на Земле солдат.
Строен ряд героев-небожителей,
Удержавших на замке ворота ада.
Выше подвига Христа-спасителя
Подвиг города-героя Ленинграда

© 25.01.2010 Шаровая молния

Письмо в сорок пятый…

Туда — на фронт, в далёкий сорок пятый.
Я папе в прошлое пишу письмо.
Встают с земли — погибшие солдаты,
Передо мной в замедленном кино.

Ах, папа, папа, как ты там воюешь?

Летая в небе вешнем, голубом?!

Я знаю, что ты нас — родимый любишь,

Но далёко от фронта отчий дом.

Я снова вижу — в небе кружит немец.

Взлетает эскадрилья отца.

Держись паршивый, гадкий иноземец,

Сейчас получишь нашего свинца!

Ура! Второй сегодня немец сбит —

Весть с самолёта, радостно летит.

Его сбивает мой отец — стрелок-радист,

Упал на землю вражий мессершмитт.

С две тысячи пятнадцатого года —

В сорок пятый — пишу я письмецо.

Из лет военных, страшных — эпизоды,

Я знаю лишь с рассказов храбрецов.

Мой папа, милый папа — горжусь тобой!

В далёком сорок пятом, ты был герой!

© 10.08.2016 Адилия Моккули

Война. Блокадный Ленинград

Едет трамвай. Стоп, машина!
Поперёк всех трамвайных путей*
(жаль, не фашист, не вражина,
я раздавила б злодея)
выгнувши тощие спины,

крысы уходят по шпалам…

Мне посчастливилось войн тех не знать,

но вот я прочла, зарыдала,

слёзы глотаю, не в силах унять

боль, что мне сердце сковала.

Голод такой, что нет крошки!

Родители наши познали

весь ужас пожаров, бомбёжки.

Но как они жили и как выживали

зимою без тёплой одёжки?!

А нам всё не так и не эдак:

то «мелок нам бисер», то жизнь нам скучна,

а всё потому что неведом

тот ужас и горе, что сеет война,

и радость, что дарит Победа.

© Copyright: Наталья Алексеевна Исаева, 2016

www.chitalnya.ru

Стихи для детей о Великой Отечественной Войне

Вокруг него с боков.
На рыжих скатах тучи спят,
Метелицы метут,
Грома тяжелые гремят,
Ветра разбег берут.
Давным-давно окончен бой…
Руками всех друзей
Положен парень в шар земной,
Как будто в мавзолей…

С. Орлов

***

Нет войны

С. Михалков

Спать легли однажды дети –
Окна все затемнены.
А проснулись на рассвете –
В окнах свет – и нет войны!

Можно больше не прощаться
И на фронт не провожать –
Будут с фронта возвращаться,
Мы героев будем ждать.

Зарастут травой траншеи
На местах былых боёв.
С каждым годом хорошея,
Встанут сотни городов.

И в хорошие минуты
Вспомнишь ты и вспомню я,
Как от вражьих полчищ лютых
Очищали мы края.

Вспомним всё: как мы дружили,
Как пожары мы тушили,
Как у нашего крыльца
Молоком парным поили
Поседевшего от пыли,
Утомлённого бойца.

Не забудем тех героев,
Что лежат в земле сырой,
Жизнь отдав на поле боя
За народ, за нас с тобой…

Слава нашим генералам,
Слава нашим адмиралам
И солдатам рядовым –
Пешим, плавающим, конным,
Утомлённым, закалённым!
Слава павшим и живым –
От души спасибо им!

***

Обелиски

А. Терновский

Стоят в России обелиски,
На них фамилии солдат…
Мои ровесники мальчишки
Под обелисками лежат.
И к ним, притихшие в печали,
Цветы приносят полевые
Девчонки те, что их так ждали,
Теперь уже совсем седые.

***

День Победы

Т. Белозеров

Майский праздник —
День Победы
Отмечает вся страна.
Надевают наши деды
Боевые ордена.

Их с утра зовёт дорога
На торжественный парад.
И задумчиво с порога
Вслед им бабушки глядят.

***

Что за праздник?

Н. Иванова

В небе праздничный салют,
Фейерверки там и тут.
Поздравляет вся страна
Славных ветеранов.

А цветущая весна
Дарит им тюльпаны,
Дарит белую сирень.
Что за славный майский день?

***

Победа

Песни фронтовые,
Награды боевые,
Красные тюльпаны,
Встречи ветеранов
И салют в полнеба,
Огромный, как Победа.

Что такое День Победы

А. Усачёв

Что такое День Победы?
Это утренний парад:
Едут танки и ракеты,
Марширует строй солдат.

Что такое День Победы?
Это праздничный салют:
Фейерверк взлетает в небо,
Рассыпаясь там и тут.

Что такое День Победы?
Это песни за столом,
Это речи и беседы,
Это дедушкин альбом.

Это фрукты и конфеты,
Это запахи весны…
Что такое День Победы –
Это значит – нет войны.

***

День памяти

День памяти –
Победы праздник,
Несут венков
Живую вязь,
Тепло букетов
Красок разных,
Чтоб не терялась
С прошлым связь.
И плиты скорбные согреты
Цветов дыханьем полевым.
Прими, боец,
Как дар, всё это
Ведь это нужно
Нам,
Живым.

***

Старый снимок

С. Пивоваров

Фотоснимок на стене –
В доме память о войне.
Димкин дед
На этом фото:
С автоматом возле дота,
Перевязана рука,
Улыбается слегка…

Здесь всего на десять лет
Старше Димки
Димкин дед.

На радио

Письмо я старался
Писать без помарок:
«Пожалуйста, сделайте
Деду подарок…»

Был долго в пути
Музыкальный привет.

Но вот подошёл
И обнял меня дед –
Пришла к нему в праздник
9 Мая
Любимая песня его
Фронтовая.

***

У обелиска

Застыли ели в карауле,
Синь неба мирного ясна.
Идут года. В тревожном гуле
Осталась далеко война.

Но здесь, у граней обелиска,
В молчанье голову склонив,
Мы слышим грохот танков близко
И рвущий душу бомб разрыв.

Мы видим их — солдат России,
Что в тот далёкий грозный час
Своею жизнью заплатили
За счастье светлое для нас…

Рассказ ветерана

Я, ребята, на войне
В бой ходил, горел в огне.
Мёрз в окопах под Москвой,
Но, как видите, — живой.
Не имел, ребята, права
Я замёрзнуть на снегу,
Утонуть на переправах,
Дом родной отдать врагу.
Должен был прийти я к маме,
Хлеб растить, косить траву.
В День Победы вместе с вами
Видеть неба синеву.
Помнить всех, кто в горький час
Сам погиб, а землю спас…
Я веду сегодня речь
Вот о чём, ребята:
Надо Родину беречь
По-солдатски свято!

***

Никто не забыт

А. Шамарин

«Никто не забыт и ничто не забыто» —
Горящая надпись на глыбе гранита.

Поблекшими листьями ветер играет
И снегом холодным венки засыпает.

Но, словно огонь, у подножья – гвоздика.
Никто не забыт и ничто не забыто.

***

Дедушкины друзья

Май… Вовсю щебечут птицы,
И парад идёт в столице.
В орденах шагают деды.
Поздравляем с Днём Победы!

Приходят к дедушке друзья,
Приходят в День Победы.
Люблю подолгу слушать я
Их песни и беседы.

Горят на солнце золотом
Награды боевые,
И входят в дом,
В наш мирный дом,
Дороги фронтовые.

Я молча рядышком сижу,
Но кажется порою,
Что это я в прицел гляжу,
Что я готовлюсь к бою.

Приходят к дедушке друзья
Отпраздновать Победу.
Всё меньше их,
Но верю я:
Они опять приедут.

***

Дедушкин портрет

В. Туров

Бабушка надела ордена
И сейчас красивая такая!
День Победы празднует она,
О войне великой вспоминая.
Грустное у бабушки лицо.
На столе солдатский треугольник.
Дедушкино с фронта письмецо
Ей читать и нынче очень больно.
Смотрим мы на дедушкин портрет
И разводим ручками с братишкой:
— Ну какой, какой же это дед?
Он же ведь совсем ещё мальчишка!

***

Вечный огонь

Над могилой, в тихом парке
Расцвели тюльпаны ярко.
Вечно тут огонь горит,
Тут солдат советский спит.

Мы склонились низко-низко
У подножья обелиска,
Наш венок расцвёл на нём
Жарким, пламенным огнём.

Мир солдаты защищали,
Жизнь за нас они отдали.
Сохраним в сердцах своих
Память светлую о них!

Как продолжение жизни солдат
Под звёздами мирной державы
Цветы на ратных могилах горят
Венками немеркнущей славы.

***

Салют Победе

Салют и слава годовщине
Навеки памятного дня!
Салют Победе, что в Берлине
Огнём попрала мощь огня!
Салют её большим и малым
Творцам, что шли путём одним,
Её бойцам и генералам,
Героям павшим и живым,
Салют!

***

Погибшим и живым

Погибшим –
Быть бессменно на посту,
Им жить в названьях улиц и в былинах.
Их подвигов святую красоту
Отобразят художники в картинах.
Живым –
Героев чтить, не забывать,
Их имена хранить в бессмертных списках,
Об их отваге всем напоминать
И класть цветы к подножьям обелисков!

***

Нужен мир

Мир и дружба всем нужны,
Мир важней всего на свете,
На земле, где нет войны,
Ночью спят спокойно дети.
Там, где пушки не гремят,
В небе солнце ярко светит.
Нужен мир для всех ребят.
Нужен мир на всей планете!

***

Пусть будет мир!

Пусть пулемёты не строчат,
И пушки грозные молчат,
Пусть в небе не клубится дым,
Пусть небо будет голубым,
Пусть бомбовозы по нему
Не прилетают ни к кому,
Не гибнут люди, города…
Мир нужен на земле всегда!

***

День Победы

Н. Томилина

День Победы 9 Мая –
Праздник мира в стране и весны.
В этот день мы солдат вспоминаем,
Не вернувшихся в семьи с войны.

В этот праздник мы чествуем дедов,
Защитивших родную страну,
Подарившим народам Победу
И вернувшим нам мир и весну!

***

Кто был на войне

Дочь обратилась однажды ко мне:
— Папа, скажи мне, кто был на войне?

— Дедушка Лёня — военный пилот —
В небе водил боевой самолёт.

Дедушка Женя десантником был.
Он вспоминать о войне не любил

И отвечал на вопросы мои:
— Очень тяжёлые были бои.

Бабушка Соня трудилась врачом,
Жизни спасала бойцам под огнём.

Прадед Алёша холодной зимой
Бился с врагами под самой Москвой.

Прадед Аркадий погиб на войне.
Родине все послужили вполне.

Много с войны не вернулось людей.
Легче ответить, кто не был на ней.

***

Поздравление дедушке к 9 мая

Поздравляю дедушку
С праздником Победы.
Это даже хорошо,
Что на ней он не был.

Был тогда, как я сейчас,
Маленького роста.
Хоть не видел он врага —
Ненавидел просто!

Он работал, как большой,
За горбушку хлеба,
Приближал Победы день,
Хоть бойцом и не был.

Стойко все лишенья снёс,
Расплатившись детством,
Чтобы в мире жил и рос
Внук его чудесно.

Чтоб в достатке и любви
Наслаждался жизнью,
Чтоб не видел я войны,
Дед мой спас Отчизну.

***

Медали

Ветеран – боец бывалый,
Повидал за жизнь немало.
Он с отвагою в бою
Защищал страну свою!

В День Победы засверкали
На груди его медали.
На груди его — медали!
Мы с сестрой их сосчитали.

Мы встречаем День Победы

А. Игебаев

Мы встречаем день Победы,
Он идёт в цветах, знамёнах.
Всех героев мы сегодня
Называем поимённо.

Знаем мы: совсем не просто
Он пришёл к нам — День Победы.
Этот день завоевали
Наши папы, наши деды.

И поэтому сегодня
Ордена они надели.
Мы, идя на праздник с ними,
Песню звонкую запели.

Эту песню посвящаем
Нашим папам, нашим дедам.
Нашей Родине любимой
Слава, слава в День Победы!

***

«Приходят к дедушке друзья»

Владимир Степанов

Приходят к дедушке друзья,
Приходят в День Победы.
Люблю подолгу слушать я
Их песни и беседы.

Я не прошу их повторять
Рассказов сокровенных:
Ведь повторять — опять терять
Товарищей военных,
Которых ищут до сих пор
Награды боевые,
Один — сержант, другой — майор.
А больше рядовые.

Я не прошу их каждый год
Рассказывать сначала
О том, как армия вперёд
С потерями шагала.
О том, какая там пальба,
Как в сердце метят пули…
«Война, — вздохнут они, — война.
А помнишь, как в июле?»

Я просто рядышком сижу,
Но кажется порою,
Что это я в прицел гляжу,
Что я готовлюсь к бою.

Что те. Кто письма пишут мне,
Уже не ждут ответа,
Что даже лето на войне —
Совсем другое лето.

Приходят к дедушке друзья
Отпраздновать Победу.
Всё меньше их, но верю я:
Они придут, приедут…

***

Нет, слово «мир» останется едва ли

В. Берестов

Нет, слово «мир» останется едва ли,
Когда войны не будут люди знать.
Ведь то, что раньше миром называли,
Все станут просто жизнью называть.

И только дети, знатоки былого,
Играющие весело в войну,
Набегавшись, припомнят это слово,
С которым умирали в старину.

***

Мальчик из села Поповки

С. Я. Маршак

Среди сугробов и воронок
В селе, разрушенном дотла,
Стоит, зажмурившись ребёнок —
Последний гражданин села.

Испуганный котёнок белый,
Обломок печки и трубы —
И это всё, что уцелело
От прежней жизни и избы.

Стоит белоголовый Петя
И плачет, как старик без слёз,
Три года прожил он на свете,
А что узнал и перенёс.

При нём избу его спалили,
Угнали маму со двора,
И в наспех вырытой могиле
Лежит убитая сестра.

Не выпускай, боец, винтовки,
Пока не отомстишь врагу
За кровь, пролитую в Поповке,
И за ребёнка на снегу.

***

Красоту, что дарит нам природа…

А. Сурков

Красоту, что дарит нам природа,
Отстояли солдаты в огне,
Майский день сорок пятого года
Стал последнею точкой в войне.

За всё, что есть сейчас у нас,
За каждый наш счастливый час,
За то, что солнце светит нам,
Спасибо доблестным солдатам —
Нашим дедам и отцам.

Недаром сегодня салюты звучат
В честь нашей Отчизны,
В честь наших солдат!

***

День победы

Много лет тому назад
Был великий День победы.
День победы помнят деды
Знает каждый из внучат.
Светлый праздник День победы
Отмечает вся страна.
Наши бабушки и деды
Надевают ордена.
Мы про первый День победы
Любим слушать их рассказ
Как сражались наши деды
За весь мир и за всех нас.

***

Еще тогда нас не было на свете…

М. Владимов

Еще тогда нас не было на свете,
Когда гремел салют из края в край.
Солдаты, подарили вы планете
Великий Май, победный Май!
Еще тогда нас не было на свете,
Когда в военной буре огневой,
Судьбу решая будущих столетий,
Вы бой вели, священный бой!

Еще тогда нас не было на свете,
Когда с Победой вы домой пришли.
Солдаты Мая, слава вам навеки
От всей земли, от всей земли!

Благодарим, солдаты, вас
За жизнь, за детство и весну,
За тишину,
За мирный дом,
За мир, в котором мы живем!

***

Когда на бой смертельный шли вы…

А. Воскобойников

Когда на бой смертельный шли вы,
Отчизны верные сыны,
О жизни мирной и счастливой
Мечталось вам среди войны.

Вы от фашизма мир спасли,
Вы заслонили нас сердцами.
Поклон вам низкий до земли,
В долгу мы вечном перед вами.

Вы героически прошли
С боями все четыре года,
Вы победить врага смогли
И заслужить любовь народа.

Спасибо вам, отцы и деды,
Спасибо, братья и сыны
За ваш подарок к Дню Победы,
За главный праздник всей страны!

***

Солнце скрылось за горою…

А. Коваленков

Солнце скрылось за горою,
Затуманились речные перекаты,
А дорогою степною
Шли с войны домой советские солдаты.

От жары, от злого зноя
Гимнастерки на плечах повыгорали;
Свое знамя боевое
От врагов солдаты сердцем заслоняли.

Они жизни не щадили,
Защищяя отчий край — страну родную;
Одолели, победили
Всех врагов в боях за Родину святую.

Солнце скрылось за горою,
Затуманились речные перекаты,
А дорогою степною
Шли с войны домой советские солдаты.

Пусть небо будет голубым…

Н. Найденова

Пусть небо будет голубым,
Пусть в небе не клубится дым,
Пусть пушки грозные молчат
И пулеметы не строчат,
Чтоб жили люди, города…
Мир нужен на земле всегда!

***

На поляне, от лагеря близко…

В. Фетисов

На поляне, от лагеря близко,
Где багульник все лето цветет,
На дорогу глядят с обелиска
Пехотинец, матрос и пилот.

Отпечаток счастливого детства
Сохранился на лицах солдат,
Но уже никуда им не деться
От военной суровости дат.

«Вот в таком же зеленом июне, —
Нам сказал пожилой старшина, —
Забрала их, веселых и юных,
И домой не вернула война.

На рассвете, прижав автоматы,
Шли солдаты на штурм высоты…»

Нестареющим нашим вожатым
Мы к ногам положили цветы.

У обелиска

Застыли ели в карауле,
Синь неба мирного ясна.
Идут года. В тревожном гуле
Осталась далеко война.
Но здесь, у граней обелиска,
В молчанье голову склонив,
Мы слышим грохот танков близко
И рвущий душу бомб разрыв.
Мы видим их — солдат России,
Что в тот далёкий грозный час
Своею жизнью заплатили
За счастье светлое для нас…

Имя

С. Погореловский

К разбитому доту
Приходят ребята,
Приносят цветы
На могилу солдата.
Он выполнил долг
Перед нашим народом.
Но как его имя?
Откуда он родом?
В атаке убит он?
Погиб в обороне?
Могила ни слова
О том не проронит.
Ведь надписи нет.
Безответна могила.
Знать, в грозный тот час
Не до надписей было.

К окрестным старушкам
Заходят ребята —
Узнать, расспросить их,
Что было когда-то.
— Что было?!
Ой, милые!..
Грохот, сраженье!
Солдатик остался
Один в окруженье.
Один —
А не сдался
Фашистскому войску.
Геройски сражался
И умер геройски.
Один —
А сдержал,
Поди, целую роту!..
Был молод, черняв,
Невысокого росту.
Попить перед боем
В село забегал он,
Так сказывал, вроде,
Что родом с Урала.
Мы сами сердечного
Тут схоронили —
У старой сосны,
В безымянной могиле.

На сельскую почту
Приходят ребята.
Письмо заказное
Найдёт адресата.
В столицу доставят
Его почтальоны.
Письмо прочитает
Министр обороны.
Вновь списки просмотрят,
За записью запись…
И вот они —
Имя, фамилия, адрес!
И станет в колонну
Героев несметных,
Ещё один станет —
Посмертно,
Бессмертно.

Старушку с Урала
Обнимут ребята.
Сведут её к сыну,
К могиле солдата,
Чьё светлое имя
Цветами увито…
Никто не забыт,
И ничто не забыто!

***

Пусть дети не знают войны

Войны я не видел, но знаю,
Как трудно народу пришлось,
И голод, и холод, и ужас —
Всё им испытать довелось.

Пусть мирно живут на планете,
Пусть дети не знают войны,
Пусть яркое солнышко светит!
Мы дружной семьёй быть должны!

***

Салют Победе

Салют и слава годовщине
Навеки памятного дня!
Салют Победе, что в Берлине
Огнём попрала мощь огня!
Салют её большим и малым
Творцам, что шли путём одним,
Её бойцам и генералам,
Героям павшим и живым,
Салют!

9 мая

Май.
Россия.
Цветёт весна.
Отгремела давно война.
И сегодня у братских могил
Вспомним тех, кто нам жизнь сохранил.

***

Победа

Песни фронтовые,
Награды боевые,
Красные тюльпаны,
Встречи ветеранов
И салют в полнеба,
Огромный, как Победа.

***

День памяти

День памяти —
Победы праздник,
Несут венков
Живую вязь,
Тепло букетов
Красок разных,
Чтоб не терялась
С прошлым связь.
И плиты скорбные согреты
Цветов дыханьем полевым.
Прими, боец,
Как дар, всё это
Ведь это нужно
Нам,
Живым.

***

Победа

Мой прадед
Рассказывал мне о войне.
Как в танке сражались,
Горели в огне,
Теряли друзей,
Защищая страну.
Победа пришла
В Сорок пятом году!

Вечернее небо,
Победы салют.
Солдаты России
Наш сон берегут.
Я вырасту —
Детям своим расскажу,
Как прадеды их
Защищали страну!

Армии-победительнице

Видела вся планета
В тучах огня и дыма —
Слава твоя бессмертна,
Воля несокрушима.

Сила твоя стальная
Двигалась как лавина
По берегам Дуная,
По площадям Берлина.

Мы на огне горели,
Мы по сугробам спали,
Многие — постарели,
Многие — в поле пали.

Многое нынче память
Восстановить не может.
Новый день наступает —
Старый со славой прожит.

Только не смеет время
Вынуть из песни слова,
Только доброе семя
Выходит снова и снова —

В новых полках и ротах,
В детях и внуках наших,
В новых твоих походах,
В новых железных маршах.

Вижу иные лица,
Штык и строку Устава.
Старая слава — длится,
Новая зреет слава!

Рассказ танкиста

Александр Твардовский

Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку,
И только не могу себе простить:
Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку,
А как зовут, забыл его спросить.

Лет десяти-двенадцати. Бедовый,
Из тех, что главарями у детей,
Из тех, что в городишках прифронтовых
Встречают нас как дорогих гостей.

Машину обступают на стоянках,
Таскать им воду вёдрами — не труд,
Приносят мыло с полотенцем к танку
И сливы недозрелые суют…

Шёл бой за улицу. Огонь врага был страшен,
Мы прорывались к площади вперёд.
А он гвоздит — не выглянуть из башен, —
И чёрт его поймёт, откуда бьёт.

Тут угадай-ка, за каким домишкой
Он примостился, — столько всяких дыр,
И вдруг к машине подбежал парнишка:
— Товарищ командир, товарищ командир!

Я знаю, где их пушка. Я разведал…
Я подползал, они вон там, в саду…
— Да где же, где?.. — А дайте я поеду
На танке с вами. Прямо приведу.

Что ж, бой не ждёт. — Влезай сюда, дружище! —
И вот мы катим к месту вчетвером.
Стоит парнишка — мины, пули свищут,
И только рубашонка пузырём.

Подъехали. — Вот здесь. — И с разворота
Заходим в тыл и полный газ даём.
И эту пушку, заодно с расчётом,
Мы вмяли в рыхлый, жирный чернозём.

Я вытер пот. Душила гарь и копоть:
От дома к дому шёл большой пожар.
И, помню, я сказал: — Спасибо, хлопец! —
И руку, как товарищу, пожал…

Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку,
И только не могу себе простить:
Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку,
Но как зовут, забыл его спросить.

Дети поют о войне

(Посвящение поэта-ветерана школьникам)

Школьники сегодня о войне
Пели песни и стихи читали
В небольшом уютном школьном зале,
В необыкновенной тишине.
Ветераны, не скрывая слёз,
Слушали детей и вспоминали
Песни те, что пели на привале,
Несмотря на шум военных гроз.
Вновь воскресли в памяти бойцов
Грохот бомб, победы над врагами,
Яркие в смертельном урагане
Подвиги мужей, сынов, отцов.
Эти дети нет, не хуже нас —
Детворы военных лихолетий.
Шалуны? Так что ж, они же дети.
Разве детство без проказ?
Взгляд пытливый, как большой вопрос,
Тяга к знаньям, жажда увлечений,
Нетерпение нравоучений…
Разве кто-нибудь иначе рос?
Как они поют! И в их глазах —
Боль за беды, радость за победы,
Гордость за Россию и за дедов,
Защитивших Родину от зла.
Мёртвым и живым — поклон земной,
Правнуков стихи и внуков песни.
Дети встанут, не дай Бог, но если
На Россию враг пойдёт войной.

МОСКВИЧИ

Евгений Винокуров

В полях за Вислой сонной
Лежат в земле сырой
Сережка с Малой Бронной
И Витька с Моховой.

А где-то в людном мире
Который год подряд
Одни в пустой квартире
Их матери не спят.

Свет лампы воспаленной
Пылает над Москвой
В окне на Малой Бронной,
В окне на Моховой.

Друзьям не встать. В округе
Без них идет кино.
Девчонки, их подруги,
Все замужем давно.

Пылает свод бездонный,
И ночь шумит листвой
Над тихой Малой Бронной,
Над тихой Моховой.

Не играйте, мальчики, в войну

В. Вологдин
Мальчикам, играющим в войну,
Я в больших ладонях протяну
Два десятка взятых наугад
Оловянных маленьких солдат.

Ты смотри внимательно, дружок,
Этот вот без рук, а тот — без ног.
Третий черный, зубы лишь как мел.
Видно, в танке заживо сгорел.

А четвертый, ордена — как щит –
Он в Берлине в мае был убит.
А вот этот на густой заре
В сорок третьем утонул в Днепре.

У шестого — на глазах слеза,
Сорок лет, как выбило глаза…
Горсть солдат ребятам протяну,
Не играйте, мальчики, в войну.

hramvidiaevo.cerkov.ru

Стихи о Великой Отечественной войне

 

 

 

 

Главная

Юморески

Биография

Песни 

Гостевая

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В В Е Р Х

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В В Е Р Х

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В В Е Р Х

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В В Е Р Х

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В В Е Р Х

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В В Е Р Х

 

 

 

 

 

 

 

 

В В Е Р Х

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Друзья! 13 мая 2010 года Феофан Липатов стал участником телевизионной программы «Злата баба». Посмотреть видео!

Давайте проголосуем за Феофана Николаевича по этой ссылке! 

 22 ноября 2009 года у Феофана появился блог,  куда он
лично добавляет свои новые стихи и юморески. На блоге большая подборка
стихов о Войне. Добро пожаловать на
блог Феофана
Липатова!

Дорогой гость!
Теперь можно скачать стихи о Войне, о ветеранах и о Победе отдельным
архивом, размер 24 кб (обновление 23 апреля 2009).
                      Скачать
архив «Войны последняя гармошка»


                         

* * *
Звучала музыка оркестра,
Устало ухал барабан.
Веселью не хватало места,
А время плакало от ран.

Я помню первый год Победы —
И смех, и горе без прикрас,
А в снах ещё стреляли деды,
Которых нету среди нас.

Они, познавшие окопы,
Не верили потокам фраз.
Война сидела в них глубоко,
И не понять им было нас.

Мы, обобщив бои и даты,
Показываем жар и пыл.
А бой для каждого солдата
Всегда отдельной датой был.

Мы бредим только героизмом,
Для нас велик Герой-солдат,
А все затоптанные жизни
Проходят мимо этих дат.

О них нам помнить запретили,
Для нас их вовсе даже нет.
Они костями умостили
Дороги будущих побед.

И каждый этот день заветный
Я помянуть достойно рад.
Их, всех погибших, незаметных,
Пропавших без вести солдат.

* * *
Не ржавеют осколки в теле,
Не дают отдохнуть душе,
Хоть они в своём черном деле
Позабыли войну уже.

Им ничто ни года, ни даты,
Они могут убить бойца,
Но горячая кровь солдата
Будет битву вести до конца.

Радость в сердце твоё заглянет,
Иль приснятся лихие сны,
Всё живёт и живёт в ветеранах
Неутихшая боль войны.

Пусть другая у вас забота,
Каждый жизнью живёт своей.
Не кончается, нет, работа
Тех военных госпиталей.

* * *
Мы теперь, друг, такие спокойные,
Уже нечему больше седеть.
И на нашу походку нестройную
Иногда даже больно глядеть.

Ордена, что когда-то нас славили,
Своей тяжестью тянут к земле.
нас здоровье и годы оставили
И, как водится, дело к зиме.

Где гвардейская удаль, где выучка?
Лишь вослед с фотографий глядят.
А дела, как от бублика дырочка —
Сто болезней под сердцем галдят.

А ведь были отважными, смелыми.
Даже пуля таких не берёт.
Это мы под бомбёжкой, обстрелами
Изломали фашизму хребёт…

Недодали нам ласки и почестей,
Только мы не жалеем о том.
Одного нам сейчас очень хочется —
Не судите о деле святом.

Не копайтесь руками нечистыми,
Не копите напрасной молвы.
Если мы не добиты фашистами,
Так зачем добиваете вы?

Горько жили, но жили красиво,
Выполняя и долг, и приказ.
Мы вручили вам нашу Россию,
Что построите, спросится с вас.

Что за надпись в раю над воротами?
Спросим мы командиров своих.
Не глумитесь над павшими ротами!
Мы же снова вливаемся в них.

Мы винтовки с собой прихватили,
Скатки, словно никто не снимал.
— Что ты смотришь? Подвинься, Василий,
Я с Серёгою рядом стоял.

Но пока ещё всё же живые.
Как ни жаль — наши дни сочтены.
Здесь мы вам надоели, чужие.
Так вернёмся в объятья войны.

* * *
Я помню, падали солдаты,
Я помню, плавилась броня.
Теперь всё в прошлом, только даты,
И память, что сильней меня.
Ушли, как летние туманы,
Растаяв в солнечном тепле,
И так же тают ветераны —
Их так немного на земле.
Они беспомощны, как дети.
Ты их вниманием согрей.
Когда-то не было на свете
Солдат отважней и храбрей.
Не поняли уроков люди,
и разум покидает мир.
Ничто рассудок не осудит,
Когда в почёте злой кумир.


Победа

Не оседала пыль,
Чадил Берлин пожаром.
Тяжелой поступью
В броне и без брони
Шла прямо по домам и тротуарам
Уверенно Победа в эти дни.
И походили площади на свалки,
Куда свезли фашистские кресты.
Штандартов обгоревших палки
Торчали, как костлявые персты.
И вот она – святая дата,
Наполненная счастьем до краев.
Стреляли вверх восторженно солдаты,
Не чувствуя усталости боев.
Еще потерь лежали тени,
Но обнимал сосед соседа.
Неслось над нежностью сирени
Одно лишь слово мощное –
ПОБЕДА!

* * *
От полка меньше роты осталось.
Не солдаты — сплошные бинты.
Только знамя полка колыхалось —
Значит, с честью мы всё же на ты.

Нас помоют, подлечат, пополнят,
Не считая потерь, встанет полк.
Мы обязаны долг свой исполнить —
Перед Родиной, семьями долг.

Только как бы война ни ломала,
Ни кромсала живые тела,
Помню, как ты меня целовала,
Там черемуха в мае цвела.

Только рок сединою нас тронул,
Кто накликал нам эту беду?
Эти скромные кисти черёмух
Выживать помогают в аду.

* * *
По дорогам войны
Мы шагали, голов не считая.
До заветной весны,
До победного, тёплого мая.

Каждый помнил приказ,
Да гудели уставшие ноги.
Отвернулись от нас,
Отреклись даже добрые боги.

А ведь были нужны,
А ведь мы их молили,
Но в горячке войны
ни сердец, ни души не щадили.

Нашу нежную плоть
Сокрушали снаряды и мины.
Пожалел ли Господь,
Что творил нас когда-то из глины?

Накалялся металл,
Поражая нас снова и снова.
Словно дьявол искал
В нашем теле булатной основы.

Кто-то крылья имел,
Словно ангел, трепещет в полёте,
Кто бронёю горел
В танке тесном, лихом самолёте.

И горела броня,
Как простая сухая фанера.
От такого огня
Уберечь нас могла только вера.

С ней мы шли по войне,
С ней мы мёрзли в окопах.
И теперь в каждом сне
Я стою на пылающих тропах.

* * *
Застарелые раны, фронтовые рубцы
И глядят, как с экрана, с фотографий бойцы.
Может, кем-то забыто злое время атак,
На шинели пробитой вечной доблести знак.

Вспоминают солдаты свою роту, свой полк,
Где остались ребята, выполнявшие долг.
Время чтит ваши раны, помнит доблесть побед,
Но зачем ветераны покидают совет?

Под Смоленском и Прагой спят друзья в тишине.
Небо кроет, как флагом, всех погибших в войне.
Разве легче им было умирать молодым?
Плыл над братской могилой чёрной копоти дым.

Перед вечностью встанут фронтовые друзья,
Пусть награды достанут, а иначе нельзя.
Следом памяти злейшей в наши светлые дни
В голове поседевшей жив осколок войны.

  *
* *
На зарю, подёрнутую инеем,
Черный дым ложится как загар.
Я давно не видел неба синего —
Всё бои да тлеющий пожар.

Даже солнце нас уже не радует,
Хоть пехоте с солнышком теплей,
Но глядит простреленная радуга
В чёрный лик израненных полей.

Мы не знаем, как дожить до вечера,
Нам до смерти, может, полчаса,
Но в ветвях берёзы искалеченной
Славят чётко птичьи голоса.

Посекло осколками и пулями,
Всё живое прячется в ветвях.
Не убиты, просто все уснули мы
На чужих расстрелянных полях.

Здесь заря не кажется нам розовой
И трава не шелковится тут.
Я Россию помню всю берёзовой,
Но не знал, что здесь они растут.

И не лезь с пустыми разговорами,
Кто и в чём тут, братцы, виноват.
Вся она с такими же узорами,
Да вот сок немножко горьковат.

Только что же с памятью поделаешь
Что бушует в сердце молодом?
Вижу ночью я берёзы белые,
Только те, что над моим прудом.

Только те, что за окном у матери
В тишине сторонушки родной.
Сколько здесь мы времени потратили,
Но сегодня наш последний бой.

Сколько я похоронил товарищей,
Если всех поднимешь – встанет рать
Средь боёв, разрухи и пожарищей,
Но как жаль сегодня умирать.

Все мы скоро будем позабытыми,
Все уйдём в далекие миры,
Но остались песни неубитыми
Фронтовой израненной поры.
     

* * *
Как печальный праздник по солнечной весне
Скачет, словно всадник, память о войне.
Листья обрывает острие клинка,
Шпора раздирает мыльные бока.

По полям усталым слышен стук копыт,
Ветеранам старым раны бередит
Колоты и рваны, с пулями, без них.
Стонут ветераны, время помнит их.


* * *
Во глубине ржаного поля
Я, взрывом брошенный, лежу.
Ах, сколько приходило горя
На это поле и межу!
Его выталкивали кони,
И суховей его морил.
Он на кровавом небосклоне
Горячим облаком пылил…
С обугленных колосьев хлеба
Я умирающе смотрю
На опрокинутое небо
И на усталую зарю.
И нет конца людским разборкам,
А значит — горю края нет.
Колосья догорают горько,
И застилает дымом свет.

* * *
 Разве наша вина в том, что мы постарели,
 Потускнели глаза, и согнулась спина?
 Но мы брали Берлин и себя не жалели,
 Отдавая Победе все, что было, сполна.
 
 Мы прошли, не спеша, по дорогам Европы.
 Но в солдатском строю не ходили вожди.
 Это наша душа отправлялась в окопы,
 Под снега декабря и апреля дожди.
 
 Обломали кресты на могилах на братских
 В радость тем, кто цветов не положил сюда,
 Кто карьеру лепил на крови и на бедах солдатских.
 Разве наша беда, что их много всегда?
 
 Снова где-то ветра запах смерти разносят,
 И зубами вампир горло детское сжал.
 Сделав хищный оскал, нож над детством заносит,
 И невинный старик, с пулей встретившись, пал.
 

* * *
На фоне сразу двух веков
Через излишнюю ученость
В глазах несчастных стариков
Сквозит тоска и обреченность.

Что стоят достиженья, люди,
И пыль космических дорог,
Когда отдавший людям годы
Вчера поужинать не мог?

Средь гор колбасных и вина,
Цветных и радужных картинок
Войну прошедший старина –
Голодный, как его ботинок.

* * *
Строгая тишь у могилы солдата.
Ветви склонились, листвой шевеля.
Первая дата, последняя дата,
А между ними разливы огня.

Только зарницы, как отзвуки боя,
Тьму освещая, полощут вдали.
Это, как боль над солдатской судьбою,
Память, витая, зовёт в ковыли.

Кровью залитые, солнцем сожжёны,
В копоти чёрной метёлки стоят.
Тихо взывают солдатские жёны,
Пряча за болью тоскующий взгляд.

И, непришедшие, вы победили,
Славы своей не изжив за века.
Мы вас в суровый гранит нарядили.
Вечностью дышит простая строка.

* * *
Стою над братскою могилой,
А рядом стелется ковыль.
Здесь люди словно оживили
Шагнувшую в бессмертье быль.

Хоть от суровой этой были
Ушли мы далеко вперёд,
И лишь ромашки на могиле
Напоминают каждый год

О тех, кто славою покрыты,
Срослись с прохладою земной,
Они не просто так зарыты,
А похоронены войной.

И значит — как бы не шагали,
Мы под одним шагаем флагом.
И чтобы все об этом знали,
Свой шаг сверяем мы с их шагом.

* * *
Опять весна взрывает почки,
и зелень стелется ковром.
О, эти майские денёчки
Пылают памяти костром!
Солдаты плакали, как дети,
Воспоминания тесня,
И сколько б ни прожил на свете,
Нельзя забыть такого дня.
Май, сорок пятый над фронтами
Последним залпом отгремел,
И над парящими мечтами
Лучами яркими горел.
Не враз поверили солдаты,
Что так закончилась война.
Сынок, запомни эту дату,
Она не просто нам дана.
Она далась такой ценою,
Что не восполнить нам потерь.
Вся жизнь разделена войною,
Но что поделаешь теперь?
Да, мы на мировом погосте
Среди могильной тишины
Разделим всё на до и после
Проклятой, яростной войны.
Мы восстановим даже краше,
Что было в пепле и золе.
Но главная заслуга наша —
Не дали умереть земле.

* * *
Голосила ночь февральской
вьюгой,
Мёрз в окопе боевой дозор.
Прижимаясь к стынущему другу,
Я не смел затеять разговор.
Мертвым глазом заблестит ракета,
Пробиваясь сквозь снегов наплыв.
Только злее, потревожен светом,
Бился ветер, яростно завыв.
Да, зима в России не гостинцы.
От такой немыслимой пурги
Промерзали лихо пехотинцы,
Замерзали до смерти враги.

* * *
С железом сравнивая волю,
Когда колонны танков шли,
Стоял боец на бранном поле
От крови ржавый, весь в пыли.
Держал последнюю гранату,
Дороже золота она.
Здесь бесполезны автоматы,
Здесь пушка добрая нужна,
Чтоб по броне прямой наводкой,
Тогда и танк не добежит,
Но, словно захлебнувшись водкой,
Та вверх колёсами лежит.
Вокруг неё, как с перепою,
Расчёт улёгся на траве.
Закрыли пушечку собою
И дремлют с дыркой в голове.
А танк катился налегке,
Война для танка — просто будни.
Но тот, с гранатою в руке,
Страшнее грозного орудья.

* * *
Кинжально садят автоматы,
Лежим, голов не оторвать.
А мы в ответ их только матом,
И больше нечем поливать.
Сурова истина, но вечна,
Её пером не обойдёшь,
Скрывать её бесчеловечно
И оправданья не найдёшь.
Так в сорок первом, только грудью
Да криком стонущим — держись!
Всем было больно, было трудно,
В груди одна ведь только жизнь.
Несли нас ноги, как-то прежде,
То, что не высказано вслух,
И взгляд случайно-безнадежный
В незащищённости старух.
Оставленные пепелища,
Горячих вёрст чадящий дым.
И вот, плетёшься, словно нищий,
Бедой и голодом гоним.
О чём те взгляды говорили,
Стыдясь, читаем на бегу:
«Мы вас поили и кормили,
А вы отдали нас врагу».
И всё же взглядам строгим внемля,
Назло беде, назло разрухам
Мы воротили эти земли,
Но не вернули долг старухам.

* * *
Историю мы не творили,
Она приходит к нам извне.
И никогда не говорили
Открытым текстом о Войне.
Кого-то вечно почитали
И выгораживали всех,
А души на отлетали
Всегда с надеждой на успех.
О ней судили интересно.
Хоть честь нам больше дорога,
Но человек, сказавший честно,
Для нас всегда страшней врага.
Мы ложью, пополам с злословьем,
Всегда обманывали всех.
Она у нас, как сквернословье,
Не почитается за грех.

 

 

 

 

 

 

feofan-lipatov.narod.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о